В глубокой атмосфере ночной Москвы, где каждое звено сети событий переплетается в удушающей неволе вражды, между людьми и их идеалами. Регина стремительно скрывается от опасности, но настигнуть ее может только тот, кто сумеет проникнуть за обволакивающую тишину жестокой борьбы в своих представлениях о мире....
Давид раньше в военном госпитале работал, мы знакомы еще со времен моей службы, а с Никитой мы в «Шаболовке» учились, я на пулевую стрельбу ходил, а он на самбо. У меня даже есть друг пасечник. Для них дружба не пустой звук. Я помогаю им, они помогают мне. Жди моего звонка и никому, кроме меня, по телефону не отвечай. Я буду тебе звонить.
— Даже Светке не отвечать?
— Светке через раз, — смилостивился Вадим.
Регина засмеялась, глухо и невесело, начав саму себя успокаивать:
— Хорошо, через раз так через раз. В конце концов, Москва не Алжир.
— Я завтра приеду. Или послезавтра.
— Не надо. Туда-сюда мотаться — еще хуже. Езжай спокойно, потом заберешь меня, когда все утрясется."
"— Иди умойся, и я поеду, — шепнул он, целуя ее мокрую щеку.
Наконец успокоившись, Регина пошла в ванную, чтобы умыться. Когда вышла, Света и Вадим уже стояли у порога одетые.
— Не надо, не выходи на улицу, — попросил он.
— Хорошо, — беспомощно согласилась она.
— Поспи.
— Да, сейчас лягу, — еле слышно проронила.
— Пока, Рень, созвонимся, — сказала Света, чмокнув ее в щеку. — Не грусти, все будет круть.
— Угу, круть крутая. Уже началась, — пробормотала Регина, закрывая за ними дверь.
Пройдя в гостиную, она села на диван. В квартире стало как-то невыносимо тихо, и эту тишину не мог прогнать даже шум телевизора, доносящийся с кухни. Шумела вода, позвякивали тарелки — мать мыла посуду. Но потом эти звуки тоже прекратились, и вскоре мама присела рядом с ней на диван.
— Что это? — спросила Реня, увидев в ее руках деньги. На первый взгляд внушительная сумма.
— Вадим оставил.
— Вадя, блин! — вспыхнула Регина бесполезным протестом: ругать было уже некого. — Зачем ты взяла?
— Он настаивал.
— Когда успел?
— Пока ты умывалась. Я не смогла отказать. Мне не хотелось его обижать. Он сказал, что так ему будет спокойно, что у тебя все есть. Мало ли, что может понадобиться.
Регина посчитала деньги и убрала их в карман.
— Я ему обратно их отвезу.
Мать слегка улыбнулась:
— Дело твое. Хочешь — потрать, хочешь — верни. С этим вы сами разбирайтесь. Скажи мне… Я не стала ничего у Вадима спрашивать. У него будут из-за этого всего проблемы?
— Его отец влиятельный человек. Думаю, они решат эти проблемы. Самая главная тут проблема, что раскол будет между семьями. Они дружили всю жизнь, работали вместе. У них общие друзья, общие связи, один круг общения.
— Я понимаю, — согласилась мать.
