Автор
Малыш стоял с открытым ртом, глаза налитые кровью и ладони вжимает в колени — Мишатка боялся, но его трясло от страха и волнения. Егор обнял его, успокаивая, и вместе они наблюдали за происходящим на хуторе с уверенностью, что все уже позади. Но внезапно щелкнули засовы — началось то, что могло изменить их жизнь навсегда....
Враги не появились, но провести день, никуда не высовываясь, не разжигая огня, не похлебав горячего и даже не закуривая – было немного тяжело. В разной степени, естественно. Егору больше хотелось похлебать горячего, хотя бы кипятка, если не щей, а курить не хотелось. Кое-кому другому – наоборот.
Благодать к курильщикам пришла только перед уходом – им разрешили закурить, дождались, пока они надышатся, и собрали окурки. Товарищ Ежи, как некурящий, должен был завернуть их в тряпку, а потом по дороге выкидывать с интервалом, через версту по одной.
Было еще задание по ликвидации польского агента Степанчука. Как сообщил командир группы, он раньше жил по ту сторону Полесья, под Ровно, и снабжал польскую полицию сведениями, кто здесь что делает, как про коммунистическое подполье, так и про украинских националистов.
"И вскоре выходящего из костела Рыгора-Андрея встретили три молодых человека и вполголоса сказали идти за ними. Еще трое были поблизости, но изображали, что они совершенно ни при чем, их заданием было вступить в дело, если кто-то, кроме самого фигуранта, начнет мешать.
