В руках актрисы лежит наконец-то выкупленная роль — она готовится к предстоящей сценической битве. В зале творится настоящая волна несогласия, когда Глафира, уверенная режиссер, объявляет о своей решимости убрать актрису из спектакля. Кровь начинает стучаться в голове спорящей партнёрши. Внутри театра идет буря чувств — любовь к роли, ненависть к злодею режиссера, а иногда просто нешуточная зависть....
– Вот уже два дня подряд, я хоть и абсолютно искренне отдавала должное прекрасной игре Елены и ее несомненному таланту, но не спешила утверждать ее на роль, делая намеки разного рода о том, что у меня есть другая кандидатура на главную героиню. Будучи человеком, наделенным обостренной интуицией, или чуйкой, как это принято называть, Лена поняла, что я не намерена давать ей эту роль и ее великий шанс уплывает прямо из рук. Катя, сыграв свою важную роль в ее постановке, стала отработанным материалом, вот и пришлось Земцовой самой решать возникшую проблему.
– Да, – не задумываясь, сразу же согласился худрук. – Не только утвердил, а всячески продвигал бы спектакль, как и задумывал это делать, в том числе на «Маску» и на другие премии.
– Значит, для этого великого триумфа и осуществления грандиозной мечты требовалось только устранить меня с дороги, что Елена и попыталась сделать.
Земцова все улыбалась беззаботно-снисходительно, только ногу с ноги сняла и села ровно."
"– Я установила записывающее устройство в моем кабинете. Во время второго акта есть десять минут, когда главная героиня отсутствует на сцене. Этого времени с лихвой хватает, чтобы пройти из-за кулис в мой кабинет, сделать задуманное и вернуться обратно.
