В руках актрисы лежит наконец-то выкупленная роль — она готовится к предстоящей сценической битве. В зале творится настоящая волна несогласия, когда Глафира, уверенная режиссер, объявляет о своей решимости убрать актрису из спектакля. Кровь начинает стучаться в голове спорящей партнёрши. Внутри театра идет буря чувств — любовь к роли, ненависть к злодею режиссера, а иногда просто нешуточная зависть....
Потом я вспомнила Катину игру в одном из спектаклей и сомнения, которые выразила Зина Осиповна по поводу характера этой девушки. Вспомнила все свои разговоры, пусть и краткие, с самой Катей, свои личные выводы по поводу ее характера и склада натуры и поняла, что совершенно определенно Мельниченко не могла сама задумать и так старательно планировать преступление. Это просто какая-то невнятная фигня получается. А потом вспомнила слова ее бабушки, которые та бросила напоследок, про рогатину, которая в умелых руках пулемет.
– Ну хорошо, вы уверились в своих подозрениях, но как вы добыли информацию о девушке и когда успели ее собрать? – спросил полковник Осипов."
"– Это тоже просто, – продолжила Глаша. – Мой однокурсник и товарищ служит в Губернском областном театре Москвы, я обратилась к нему с просьбой разузнать все про Лену Земцову, некогда служившую в этом театре, и хорошо сообразила еще и фото девушки отправить.
– А на какой предмет он вас консультировал? – живо поинтересовался полковник.
– Да на криминальный, – пожала плечиками Глаша. – Николай Константинович – полковник Главного управления полиции, много лет прослуживший начальником угрозыска одного из Центральных округов Москвы.
Полковник Осипов тихонько крякнул и кашлянул в кулак, камуфлируя за кашлем свою непроизвольную реакцию на упомянутую должность консультанта.
