На улице уже полным темпом стемнело, лишь слабое освещение настольной лампы усиливало таинственный шарм комнаты. Правда, оно не могло преобразить лицо человека, лежавшего в кресле — его фигура выглядела мрачнее ночи. Весь этот дом напоминал ужасный сюжет фильма "Акула", где каждый предмет и уголок помещения словно застыли в тишине, ожидая момента для нового коварного пристрела воров......
Коричневый костюм в едва заметную полоску, плотно облегающий шею белоснежный воротничок. Мягкий обманчивый голос, очки — зрение он посадил в лагерях, где провёл лет пятнадцать. Поверить в это было непросто — человек сильно изменился с тех пор, как последний раз сидел на скамье подсудимых. Сейчас он был одним из теневых отцов города, человеком, от слова которого иной раз зависело больше, нежели от распоряжения губернатора. О его прошлом Лариса слышала мало, и достоверным было лишь то, что наказания он отбывал за насильственные и имущественные преступления.
Заколка на его галстуке стоила больше десяти тысяч долларов. Выглядела она, можно сказать, неказисто и могла ввести в заблуждение даже опытного ювелира. Поэтому, видимо, и использовалась в качестве повседневной. Для торжественных случаев имелись другие, поярче. Бывший зек безделушки не покупал — ему их дарили.
Лариса была уверена, что в просьбе он не откажет. Одно согласие на разговор уже означало, что тема ему интересна.
Он поднял голову. Усмехнулся:
— Твой клуб — и мой уровень. Ты разницу представляешь?
Она не ответила. Что говорить? Поддакивать? Петь дифирамбы чужому могуществу?
— Я подумаю, что можно сделать, — объявил решение влиятельный мужчина.
Это означало: «Я сделаю».
Лариса благодарно улыбнулась. Не сильно, без всякого подобострастия.
— Говоришь, у тебя там всем нравится?
Она этого не говорила, он сам так решил. Сказала только сейчас:
— Пока никто не жаловался.
— Ну-ну. Я заскочу сегодня проверить. Жди к двадцати одному.
Аудиенция кончилась. Не прощаясь, мужчина отвернулся к окну. За тонированным стеклом двигались пешеходы. Обычные горожане, обременённые бытовыми заботами. На машину никто из них не смотрел. И уж тем более мало кто слышал про мужчину в тёмных очках без оправы — тогда как он, при желании, мог запросто поломать судьбу любого из них.
Но при этом панически боялся операции по коррекции зрения и не выносил контактных линз.
* * *В физкультурно-оздоровительный комплекс Лариса приехала только в четверть девятого. Хотела пораньше, но не успела. На всякие рутинные дела ушло вдвое больше времени, чем планировалось. Хорошо, хоть на Санька можно было надеяться. Она позвонила и попросила все приготовить, он заверил, что сделает в лучшем виде.
