На улице уже полным темпом стемнело, лишь слабое освещение настольной лампы усиливало таинственный шарм комнаты. Правда, оно не могло преобразить лицо человека, лежавшего в кресле — его фигура выглядела мрачнее ночи. Весь этот дом напоминал ужасный сюжет фильма "Акула", где каждый предмет и уголок помещения словно застыли в тишине, ожидая момента для нового коварного пристрела воров......
Или делает вид? За ужином они успели повздорить и помирились в кровати. По опыту Акулов знал, что предсказать её утреннее поведение после этого крайне сложно. С равной вероятностью может вспомнить как хорошее, так и плохое. Да ещё этот вызов — в последнее время она раздражалась, когда его тревожили в неурочное время. Как будто сама в милиции не работала…
На дисплее приборчика высвечивался номер сотового телефона. Без подписи. Номер был не знаком. Ошибка?
Голова отказывалась работать. Злясь на себя, Акулов дошлепал до ванной, умылся холодной водой.
Ответила женщина. Голос был молодой, пьяный и наглый. Потом у неё телефон отобрали, и некоторое время были слышны всякие шорохи, стуки и бормотание магнитофона.
Андрей ждал, уже догадавшись, кому позвонил.
Наконец Валет пробасил:
— Внимательно слушаю.
— Это я.
— Кто?
— Догадайся.
— А-а-а, здравствуйте, Андрей Виталич! Погодите, я тачку остановлю.
Валет не только остановил машину, но и выгнал из неё всех девиц — их было не меньше трех, если судить по возмущённым голосам. Выключил музыку.
— Алле?
— Говори.
— Андрей Виталич, я все узнал! Помните, вы просили?
— Помню.
— Короче, там была баба. В натуре!
И тишина…
Акулов сосчитан до двадцати.
— Эй, ты где?"
"— А-а? — Осведомитель, видать, задремал. Пока управлял джипом — держался, а тут совсем развезло.
— Какого резерва?
— А-а-а? Говорю, симпатичная. Говорят, отпадная девка. Слышь, Виталич! Говорят… Не п-жалеешь!
Валет угасал, голос становился все более неразборчивым, мысли скакали, как блохи. Доминировали те, что были посвящены Оле. Её сексуальным талантам. Как она делает то-то, какие позы предпочитает, сколько денег берет.
Но закончить на этом разговор не удалось. К Валету прицепились гаишники. То ли они мимо ехали, то ли он сам внагляк остановился у стационарного поста. Его пытались вытащить из машины, он качал права и обещал всех уволить. Потом схватил позабытую в пылу ругани «трубку»:
— Слышь, Виталич! Отмажь, а? Скажи, что я твоё задание выполнял.
