Автор
В темном зале отражается дрожь часов трупом, но в эти мгновения перед смертью он забытый мирами: чистит зубы, одевается, открывает газету. Здесь царит другое время, где несерьезные темы и даже завещание кажутся легкими игрушками в сравнении с вечностью.
Габриэль облачился в цивильный костюм, обзавелся часовой цепочкой фальшивого золота и сияет, как фальшивая же монета. Он горд тем, что получил право сопровождать Ксению, обойдя настырного графа, который где-то в саду читает газету, сидя в полном одиночестве.
– Смотрите не пропустите его, когда он появится, – замечает Ксения, имея в виду убийцу.
– Но пока никого нет! – пылко возражает Габриэль и прижимает к себе ее локоть.
Они делают круг по саду и возвращаются. Ева, согласно плану, должна опоздать минут на десять.
– Никого, – говорит Ксения.
– Никого, – соглашается Габриэль и прижимает ее локоть еще крепче.
Ева появляется в четверть девятого, быстро оглядывается, садится на скамейку. На другом ее конце сидит господин, читающий газету.
– Его нет, – вполголоса говорит Эрве, не опуская газеты.
Ева поправляет букетик фиалок, приколотый к темному жакету, вертит головой, отчего красное перо мотается туда-сюда.
– Месье, у вас не будет закурить? – Габриэль преграждает ему дорогу.
– Курить вредно, месье, – спокойно отвечает граф. – Кажется, он запаздывает.
Ксения начинает хмуриться.
– Ничего, придет, – беззаботно говорит Габриэль.
И агенты слежки расходятся. Ксения достает хлеб и принимается кормить голубей.
Половина девятого. Ева видит, что к ней приближается какой-то мужчина. Он немолод и, приблизившись к ней, приподнимает шляпу старомодным учтивым жестом.
– Простите, сударыня, мой вопрос, но… Вы случайно не Ева Ларжильер?
А-а-ах!"
"Крушение, полное крушение! В глазах у Евы темнеет. Занавес падает, корабль под названием «Безупречный захват кровавого убийцы» в одно мгновение бесславно идет на дно.
– В чем дело? – беспокоится Ксения, заметив, что к Еве подошел кто-то посторонний. – Чего он от нее хочет?
– Тихо, тихо, – успокаивает ее Габриэль. – Нам нельзя к ней приближаться! По-моему, это какой-то гуляющий… Черт его знает, что ему нужно!
– Чиво? – говорит актриса собеседнику, гениально изображая изумление и простонародно выговаривая слова. – Какая такая Ева?
– Простите, – вздыхает господин, – я обознался.
