Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Александр Агренев. Трилогия (СИ)»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Где фабричное начальство живет, знаешь?
— Ну дак!"
"Красивые двухэтажные коттеджи, из ярко красного и светло-желтого кирпича, уже давно образовали этакий поселок в поселке. Вот только была одна тонкость — видеть-то их видели все, да в основном издали. Так как подойти поближе и полюбоваться не давали бдительные, и неимоверно злющие сторожа.
— Приходи дня через… Хотя нет, не подходит. Тогда так — дом купца Епифанова, квартира семь, вечер этой субботы. И еще раз: обо всем касательно наших с тобой дел — молчок. Для отца и всех остальных ты учишься при фабрике, я изредка к тебе благоволю и попечительствую. Понял? Ладно, на этом пока все.
Дорогой (в самом лучшем смысле этих слов) гость встал, немного потянулся и принялся неспешно одеваться. Пожелав напоследок больше здоровья и поменьше болезней, он совсем уже шагнул за порог, как Гурьян вспомнил кое-что важное.
— Вашсиятство! А к тому самому господину еще иногда и барышня одна захаживат. Из простых, но одета хорошо. За ней тоже пригляд нужен, или как?
Пальто вернулось обратно на лавку, а его хозяин медленно присел рядом с ним.
— А расскажи-ка ты мне, какая она из себя?..
***
Фабрикант как раз закончил раскладывать своеобразный пасьянс из замусоленных фотокарточек, как порог его кабинета перешагнул прямо-таки пышущий негативом главный инспектор условий труда.
— И что, ему все сойдет с рук!? Этому!.. Ворюге и мошеннику?!!
— Во-первых, здравствуй. Во-вторых — это ты о ком?
Долгин так и застыл с открытым ртом. Медленно выдохнул, подошел поближе, и уже спокойным голосом поприветствовав своего начальника, повторил:
— О купце Солодовникове.
— Аристарх Петрович, что ли, рассказал?
Не так давно, к нескольким учителям Григория по общеобразовательным предметам добавился еще один — начальник отдела аудита, господин Горенов. Натаскивал он бывшего унтера исключительно по своему профилю, вернее даже не натаскивал, а так — проводил обычнейший ликбез. А вот своего непосредственного работодателя знакомил с миром экономических преступлений по полной программе — и надо сказать, сильно удивлялся скорости освоения материала.
— Да, на сегодняшней лекции. Как пример несложного мошенничества через подставных лиц. Так что, когда за него примемся?
— Никогда, Гриша. И не нужно это, да и нельзя.
— Почему?
— Ты думаешь, я не хочу? Еще как хочу. А все равно нельзя.
— Решать конечно тебе, командир. Только я ну вот хоть убей — понять не могу, почему ему дозволенно украсть деньги компании и остаться без пули в подарок.
— Гриша, окстись — какая пуля? Это в тебе унтер-офицер Олькушского погранотряда проснулся, не иначе. Мы же теперь люди не военные, а совсем даже гражданские — а это значит, что к людям надо относиться помягше.
