Современник попадает в тело молодого офицера Первого Павловского училища в чужом мире. Перед ним открыт выбор: следовать судьбе или переписать её заново. Но каждое желание чревато непредсказуемыми последствиями. Эпическая трилогия о выживании, амбициях и цене перемен.
Полковник изящно-презрительным жестом ткнул рукой в сторону невозмутимо-бесстрастных отставников.
— Угрожая оружием, препятствовать представителю Военного ведомства исполнять свои обязанности.
Мосин слегка растерянно повел глазами по сторонам, но сказать ничего не успел:
— Сергей Иванович, не могли бы вы представить меня?..
— Кхм?.. Охотно. Князь Агренев, Александр Яковлевич. Чиновник для особых поручений при военном министре, с сопровождающими лицами.
— Благодарю. Что ж, на первый вопрос, я надеюсь, ответ получен.
Молодой аристократ вежливо улыбнулся.
— В данный момент я, и специалисты моей компании, собираемся проводить осмотр завода. Для предварительной оценки будущего фронта работ.
Звучавшая в голосе князя властность не предполагала ответных возражений или же вопросов — а тусклое золото глаз давило почище свинцовой плиты, заставляя почувствовать предательскую слабость.
— Со стрельбища унесли наш совместный с Сергеем Ивановичем проект. Его внешний вид, особенности конструкции и прочее, являются коммерческой тайной. Что касается угроз вам, да еще и оружием…
Давешняя ""держиморда"" тут же подошла поближе, неся на раскрытой ладони никелированный пистолет. Даже, скорее, пистолетик — особенно на фоне здоровенной лапищи, что его держала. Чиновник в вицмундире с петлицами военного ведомства еще раз улыбнулся, только на сей раз презрительно, не спеша достал из кармана портсигар, а из него — тоненький бежевый цилиндрик сигариллы.
Щелк!
Прикурив от огонька, вырвавшегося из дула, спутник Мосина вернул столь оригинальную зажигалку обратно своему подчиненному.
— Думаю, вы заблуждаетесь.
Георгий Иванович едва не задохнулся от пренебрежения, прозвучавшего в голосе.
— Впрочем, если офицера Русской императорской армии напугал один лишь вид сувенира-зажигалки… Я готов принести вам свои самые искренние извинения. Публично.
Сокерин заметно побагровел шеей и щеками. После такого извинения его репутации придет конец, его просто засыплют насмешками! И никто не будет разбираться, насколько правдоподобно игрушка-сувенир изображала пистолет. Скажут — и скажут обязательно, лишь о том, что один полковник настолько малодушен, что отступает даже перед зажигалками!..
— Это лишнее. Почему меня не известили о проводимом вами осмотре?..
— Возможно, просто не посчитали необходимым? Впрочем, это всего лишь мои предположения, точнее же может ответить ваше начальство. Замечу лишь, что Сергея Ивановича известили сразу.
