Как старый подпоручик из обедневшего рода, отчаянно ищет счастье в провинциальном Ченстохове, герой стал молодым студентом военного училища за чужим телом. Безграмотность и невежество окружающих лишь добавляют сложности для его борьбы за выживание, когда катаклизм сменил мир на другую карту....
Надеюсь, я ответил на все ваши вопросы? Тогда, с вашего позволения…
Возглавляющий процессию аристократ даже не повысил голос, скорее еще понизил — и, тем не менее, его услышали все:
— Господа, продолжим обход.
Через минуту его высокоблагородие остался в полном одиночестве, и чувствовал себя при этом полностью оплеванным — с головы до ног, и с ног до головы. Причем сделано это было как раз с тем истинным столичным шиком, по которому он так скучал. По форме очень вежливо, а по сути — сплошное издевательство!
— Ну нет, это им с рук не сойдет!.
Пять часов спустя, сидя в кабинете Ивана Ивановича Патруса, начальника Тульского оружейного завода, он уже не был так в этом уверен. Потому что день, начавшийся столь дурно, продолжился не менее скверными новостями. Вернее, неоднозначными. Да, полковника Мосина освободили от должности председателя приемной комиссии, и где-то с минуту он был почти счастлив — пока не узнал, что на освободившееся место назначили другого Мосина, по имени Митрофан. А сам ""освобожденный"" через три дня отправляется в Сестрорецк, на тамошний казенный оружейный завод, продолжать службу в качестве помощника начальника завода.
Кстати, два человека из свиты ""всего лишь коллежского асессора"" тоже носили вицмундиры ""простых"" кабинетских регистраторов — вот только не каждый статский советник мог позволить себе такую дорогую ткань, и такой мастерский пошив.
— Георгий Иванович.
Сокерин сморгнул, возвращаясь из своих мыслей в суровую (к нему) реальность, и поглядел на генерал-майора Патруса. Который как раз отодвинул от себя рапорт полковника, снял пенсне и аккуратно мял переносицу тонкими длинными пальцами.
— Вы и в самом деле хотите дать ЭТОМУ официальный ход?
— Так точно."
"— Что же, ваше право. Вот только перед тем, как я наложу свою визу, позвольте задать несколько вопросов? На которые, замечу, вам все равно придется ответить, в случае…
Генерал-майор выразительно потряс листом, намекая на вполне возможное служебное расследование.
— Итак, первый вопрос.
