В отчаянии надеяться на хоть какое удовольствие? Надоело унывать под звуки гусениц? Альфонс нечаянно нагрянет — мир, где черный язык и новогодняя елка сменяются шпионскими операциями. В этом романе жаргонные коды вплетены в самый яркий, а может быть, и сюрпризный момент — юмористический взгляд на предпраздничную суету и новогоднее безумие под зеленой фатой....
Он у нас раньше все время с мужиками в домино стукался. Ну встречаю, он у меня как раз сотку до получки попросил занять, а я ему чего-то давай про свадьбу впаривать, дескать, головы раздолбили, не знаем, что подарить. А дядь Гена, главное, так Миху в женихи не хотел, а тут с подарком расстарался! Грит, я, мол, узнал, есть такая фирма, там можно кого угодно заказать на торжество. Вот бы нашим молодым невесту заказать и сказать, что она Михина! Я еще тогда не понял сразу – на фига невеста, если у Михи одна уже есть.
– Так это что же – Генечка вам сам идею с грохнутой невестой подкинул? – ужаснулась Василиса.
– Не, ну он с нормальной невестой предложил! – раздраженно сказал Борис. – Чего вы не слушаете? Он просто сказал – посадите, мол, невесту, будто она тоже за Мишку замуж собралась! Ну, мы с ребятами поговорили – с Толиком, с Вадькой, с Томкой, те тоже обрадовались жутко. Только просто так же неинтересно, а мы с тонким юмором подошли! …Ой. Подождите минутку… – Парень снова сорвался с места и унесся из кухни.
Теперь уже Люся тихонько подскочила и посмотрела, кого так регулярно навещает хозяин.
– Думала, у него какие сообщники в квартире прячутся, а он в туалет, – хихикнула она, усаживаясь обратно. – И чего это его так? Наверняка медвежья болезнь.
– Хм, – фыркнула Василиса. – Как и должно быть. Я ж ему в кофе три пакетика чаю для похудания утопила. Быстро подействовало.
Люся сначала понимающе мотнула головой, потом только догадалась спросить:
– А зачем? Это ты о его фигуре печешься, что ли? Так, может, ему собственный живот нравится? Или мамочка его не желает, чтобы сынок вес терял?
Василиса скривилась и постучала себя по лбу:
– На кой черт мне о его фигуре беспокоиться, когда я даже за твоей-то следить не успеваю! Мы же с тобой его допрашивать пришли, так? А если он не станет с нами откровенничать? Вдруг он упрется и в убийстве не признается?
– И чего? – смотрела в рот умной подруге Люся.
