В Америке пронесся шарм утреннего солнца, словно гигантский кружок золота роскошной одежды, который наконец-то снялся с ветра. Вдруг все начали замечать необычные явления — и то, что казалось случайностью, превратилось в шедевр из повседневного чуда.
Она стала молотить кулаками по спине этого существа, но оно не обращало на это внимания.
Путешествие закончилось быстро.
Алису кинули на землю. Она увидела, что неподалеку горит большой костер, мохнатые люди, что схватили терранавтов, окружили их и переговариваются между собой возбужденно и громко.
Язык этих существ состоял не из слов, а из каких-то междометий.
Так как Алису никто не трогал, она приподнялась и села. Пашка лежал рядом.
— Пашка, — сказала Алиса. — Ты живой?
— Живой, — ответил Пашка.
"Услышав голоса пленников, мохнатые люди принялись еще громче ухать, ахать и рычать, но в их поведении не было ничего враждебного. Вернее всего, они были очень удивлены, увидев в своем подземелье таких странных гостей.
Местный ребенок вертелся возле Алисы и трогал ее ручонками. Алиса направила на него свет фонаря, ребенок зажмурился и заверещал, а большой мохнатый человек, что тащил Алису, рассердился и ударил кулаком по фонарю.
Удар был такой сильный, что Алиса поняла: еще раз стукнет — фонарь вдребезги.
— Уух, — сказал мохнатый человек. — Ты?
— Я Алиса, — ответила Алиса, поднявшись на ноги. Она ткнула себя пальцем в грудь и повторила:
— Алиса.
Мохнатый охотник подумал немного, его маленькие, спрятанные в глубоких глазницах под низким покатым лбом глазки заморгали, видно, мохнатый соображал.
— Алиса! — И ткнул ее в грудь коротким пальцем. Потом еще подумал, ткнул себя пальцем и сказал:
— Рын!
И все мохнатые вокруг повторили:
— Рын! Рын! Уух как Рын!
— Начало положено, — сказал Пашка. — Первая встреча доктора Ливингстона с дикарями на реке Замбези.
Он сделал шаг вперед и, ткнув себя в грудь, сказал:
— Павел Гераскин! Москва!
Эти слова привели мохнатых в полное замешательство. Никто из них не мог выговорить таких сложных слов.
— Аве! Аски… Мо-ва…
Потом махнул рукой и отвернулся от Пашки. Зато при виде Алисы он рассмеялся, показав все свои могучие клыки, и повторил:
— Алиса!
Потом снова показал на себя и повторил:
— Рын.
Остальным Алиса тоже понравилась. Мохнатые люди по очереди подходили к ней, и каждый представлялся, и каждому Алиса называла свое имя. Пашке это не нравилось, но на него никто не обращал внимания.
