В Америке пронесся шарм утреннего солнца, словно гигантский кружок золота роскошной одежды, который наконец-то снялся с ветра. Вдруг все начали замечать необычные явления — и то, что казалось случайностью, превратилось в шедевр из повседневного чуда.
— Я попрошусь с ними на охоту, — сказал Пашка. — С моим ножом я для них находка.
— Этого еще не хватало, — сказала Алиса. — Нам пора уходить.
— Нет, — сказал Рын. — Кус-кус свежий медведь.
— Он прав, — сказал Пашка. — Пещерного медведя мы еще не пробовали.
Охотники у костра принялись петь. Пели они заунывно, медленно и однообразно, а вместо припева хором рычали.
— Алиса от-туда? — спросил Рын, показывая наверх.
— Да, — сказала Алиса.
— Я — от-туда, — сказал Рын, — но… — Он искал слова, которых у него в языке было совсем немного.
— Давно? — спросила Алиса.
— Ой, да! — сказал дикарь."
"Он стал показывать руками, как давно, и по мере того, как он рассказывал, Алиса поняла, что язык жестов становится ей все более доступен. А по тому, как Пашка, сидевший рядом, поддакивал Рыну, стало ясно, что и Пашка все понимает.
Много-много лет назад, показал Рын, никто не помнит сколько, племя его жило на Земле, наверху, где солнце и хорошая охота. Но потом пришли другие люди, похожие на Алису и на Пашку, совсем без волос, была война, многих мохнатых убили, и оставшиеся спрятались в пещерах.
— Вы же неандертальцы! — сообразил Пашка.
— Неа — что? — спросил Рын.
— Пашка, — сказала Алиса укоризненно, — как же Рын может знать слово, которое изобрели совсем недавно?
— А я думал, что они сами себя так называли, — сказал Пашка.
— А наверх не хочется? — спросила Алиса, она тоже помогала себе жестами, и Рын ее сразу понял.
— Страшно, — ответил Рын. — Потому что безволосые люди нас убьют.
— Нет! — возмутился Пашка. — Безволосые никого не убивают. Они цивилизованные, они овладели природой и летают в космос.
Рын Пашку не понял, но улыбнулся.
— Ты же видишь, — сказала Алиса. — Мы не хотим зла.
— Вы — другое дело, — ответил Рын. — Ты хорошая. Ты так похожа на женщину, которая попала к нам давно, когда Рын был маленьким.
— Наверное, тоже заблудилась, — сказал Пашка.
— Я покажу, — сказал Рын.
Он повел гостей внутрь низкой пещеры, где остановился перед гладкой стенкой, на которой было много рисунков мелом.
— Смотри, — сказал Рын.
На стене был портрет женщины с длинными белыми волосами. Портрет этот был приблизительный, как будто его рисовал пятилетний ребенок. Так что угадать, кто нарисован, было невозможно.
