В темных улочках старого города кружился немногословный мужчина в несколько старомодной одежде. Его походка была манерной, как в старых пьесах, и вот уже шестидесяти пяти лет он, обычно избегавший алкоголя из страха за алкогольную зависимость, снова отправился в театральный буфет для традиционного разбавления эмоций. В этот вечер его стакан был заполнен золотистым шампанским, напоминающим древние коктейли знаменитого содержаника....
Она не собирается похоронить себя на кухне.
Прохаживаясь по верху платяного шкафа и расправляя клювом перышки, попугаиха без умолку говорила:
– Кастр-рюли – кошмар-р! Ур-родство! Безобр-разие! Мар-руся пр-рославилась! Мар-руся кр-расавица! Звезда экр-рана! Зр-рители в востор-рге! Продюсер-ры! Опер-раторы! Тр-риумф! Пр-ремии! Оскар-р! Мар-руся суперстар-р!
Перришон ужасно обиделся и вообще перестал разговаривать. Молча, нахохлившись, он сидел в клетке и оттуда обиженно поглядывал на внезапно прославившуюся подругу.
Лола поправила волосы, вздернула подбородок и перевела дыхание.
Маркиз, который хорошо изучил свою боевую подругу, понял, что сейчас его ждет один из ее театральных монологов.
– И вообще, Ленечка, – начала она с хорошо отрепетированной обидой в голосе. – Ты так восхищаешься Марусей и Пу И, как будто они провели эту операцию без моего участия! А ты не забыл, какой я перенесла ужасный стресс? Когда этот страховщик увел меня из выставочного зала, я не сомневалась, что меня арестуют! Я была уверена, что проведу эту ночь в камере! Среди уголовниц и проституток, на грязных нарах, по которым ползают тараканы…
– Лола, – перебил ее Маркиз, – неужели ты думаешь, что я оставил бы тебя без прикрытия? Ты прекрасно знаешь, что я находился рядом, и если бы дело повернулось таким образом, обязательно пришел бы тебе на помощь! Я предъявил бы удостоверение секретной службы и забрал тебя, заявив, что беру это дело под свой контроль… или, в самом крайнем случае, отбил тебя силой оружия…
– Ну да! – Лола явно не поверила.
– Ну, ради тебя я готов на все… – вздохнул Леня и добавил: – И потом, я же сказал – в самом крайнем случае!
– Ну вот, – возмутились Лола, – а я уже подумала, что ты ради меня действительно готов на подвиги…"
"– Кстати, не надо недооценивать мой личный вклад в операцию, – продолжил Леня совершенно другим тоном, сухим и самодовольным.
– Ты слышишь, Пу И? – воззвала Лола к песику.
