В мире, где дикие природные силы властвуют над людьми, Ольга чувствует себя как живой инструмент в руках божественных мук. Падение омывает ее, словно камни падающей реки, и каждая секунда уносит последнюю каплю воздуха из легких. Вспышка света, сопровождаемая грохотом вырывающихся из земли стволов деревьев, дает ей возможность вздохнуть перед жуткой судорогой, которая охватывает ее тело, как будто кто-то раскалывается на части сам по себе....
Мы тогда обсуждали переезд его матери из Озёрска, подсчитывали расходы на ремонт дома, рассматривали варианты обмена с доплатой. Решали, какую из монет продать, — прошлась она взглядом по оборванной с одного конца портьере. — Разговорились после этого, вспомнили прошлое…
— Почему вы ничего мне не рассказали?
— А ты бы поняла? Это Светлане в то время тринадцать лет исполнилось. Не думала, что она примет новость в штыки. Если бы Егор её не приструнил, накуролесила бы. Он умел с ней ладить. Потом всё успокоилось, Света поумнела, ты росла.
Ольга не помнила, чтобы во время праздников и семейных торжеств, когда за круглым столом собиралась все родственники, кто-то намекал ей, что она не из их рода. Ко всем детям все члены большой семьи относились одинаково внимательно и дружелюбно.
— Расскажи всё с самого начала, — попросила она.
Мать разгладила на коленях складку на платье. Задумчиво начала:
— Пять их было, монет, — вздохнула, удобнее устраиваясь на диване. — Я в ту пору работала бухгалтером в озёрской центральной районной больнице. Егор — инженером на машиностроительном заводе. Жили у его матери. Светочке почти два с половиной годика было. За ней свекровь присматривала.
Ольга помнит. Озёрск похож на курортный посёлок. Речные протоки связывают озёра в единую систему. Красиво, если смотреть с высоты птичьего полёта.
Мать замолчала, налила из термоса чаю и сделала несколько крупных жадных глотков:"
"— Как-то пошла я подписывать документы к главному врачу и замешкалась у приоткрытой двери его кабинета, поправляя одежду.
