В мире, где дикие природные силы властвуют над людьми, Ольга чувствует себя как живой инструмент в руках божественных мук. Падение омывает ее, словно камни падающей реки, и каждая секунда уносит последнюю каплю воздуха из легких. Вспышка света, сопровождаемая грохотом вырывающихся из земли стволов деревьев, дает ей возможность вздохнуть перед жуткой судорогой, которая охватывает ее тело, как будто кто-то раскалывается на части сам по себе....
Из узких окон подъезда проникал тусклый свет уличного фонаря, единственного у входа в административное здание фабрики.
Снова лестница… — подумалось невзначай.
От спуска по ней бросило в пот. Резь в груди усилилась, правое плечо прострелило болью.
Ольга вышла из здания. Позади с треском захлопнулась дверь.
От порыва холодного зимнего ветра перехватило дыхание. Крупные бесформенные хлопья мокрого снега мельтешили перед глазами. Плечи свело ознобом. Не покидало чувство, что несколько часов назад она пребывала в другой реальности.
Шагнув с порожка, ноги Ольги провалились в рыхлый, напитанный водой снег. Войлочные бурки тотчас промокли — забыла переобуться! Студёная вода подступила к согревшимся ступням.
Ого! Как быстро подтаяло, — удивилась женщина. Вернуться в библиотеку? Подъём и повторный спуск по лестнице она вряд ли осилит быстро, а ноги уже мокрые.
Обставив воротник и укрывшись его краем от порывов ветра, она направилась к проходной.
— Ольга Егоровна, вы? — услышала позади себя удивлённый мужской голос.
От неожиданности рывком обернулась. Нога соскользнула в ледяную ямку и подвернулась. Сумка, сделав в воздухе полукруг, ударила по плечу… нового директора.
Ольга упала бы, если бы он не подхватил её под локоть.
— Простите, напугали… Антон… Дмитриевич, — с трудом вспомнила его имя и отчество. На языке вертелись иные имена и прилагающиеся к ним титулы.
— Не ожидал встретить вас здесь в такое позднее время.
— Припозднилась, — прошептала Ольга, хватаясь за предложенную руку. — Скользко.
— Вижу, вы… — он бегло осмотрел её пальто, лицо, задержал взгляд на обуви.
— Вы тоже, — смахнула она с ресниц растаявшую снежинку, косясь на мужчину.
Его модельная стрижка растрепалась. В волосах блестели капли воды. На виске длинная свежая царапина. На рукавах и полах расстёгнутой парки пятна побелки, пыли, клочья липкой паутины.
— Я подвезу вас, — прозвучало безапелляционно.
Антон Дмитриевич направил Ольгу к новенькому серебристому внедорожнику, припаркованному у проходной.
Она не возражала, радуясь своевременному появлению мужчины.
