В ужасающем скачке над городом и за его пределами, невесомое создание излучает необычайную мощь. Оно мчится по черепичным крышам кварталов, сбегая в Сеттльмента с его рациональной геометрией, прежде чем стремительно летит в сторону безбрежных морских просторов и наконец останавливается....
Однако Тансин съёжился, подпрыгнул, перевернулся в воздухе и мгновение спустя был внизу. Мячиком перекатился по земле. Вскочил на ноги.
Но к нему уже бежали и из дома.
– Быстрей! Быстрей! – зашептал Маса, сжимая кулаки.
Ниндзя в несколько скачков достиг середины поляны, но в лес бежать не стал – остановился.
Не хочет наводить преследователей на нас, догадался Маса.
Тансин выдернул из земли факел, потом второй и ринулся навстречу врагам. «Чёрные куртки» отпрянули от двух бешено крутящихся языков пламени, но тут же снова сомкнулись вокруг синоби.
Вот на ком-то вспыхнула одежда, ещё один с воем отбежал в сторону, пытаясь сбить огонь с горящих волос. Пламя металось над толпой, жалило, рассыпало искры.
Нужно было скорей уносить отсюда ноги, а Маса всё смотрел, как красиво умирает Тансин. Огненная смерть в обрамлении сверкающих клинков – разве может быть что-нибудь прекрасней?
Господин тянул Мидори-сан в чащу, показывал в сторону расщелины – должно быть, к подъёмнику.
Пришлось объяснить дочери человека-птицы, что через подземный ход уйти не получится.
– Лучше отсидеться здесь, в лесу, – закончил Маса. Но Мидори-сан с ним не согласилась:
– Нет. «Чёрные куртки» упустили отца и теперь во что бы то ни стало должны найти твоего господина. Без его головы они не посмеют явиться к Дону. Закончат искать в доме – снова станут прочёсывать лес.
– Что же делать?
Госпожа хотела ответить, но тут в важный разговор не ко времени встрял господин.
Утянул Масу в сторону, сказал на своём ломаном японском:
– Мидори-сан уводить. Ты. Поручать. Я здесь.
Ещё чего! Маса и слушать не стал. Буркнул:
– Как это я её уведу? Я не Тамба, по небу летать не умею.
Для наглядности помахал руками, как крыльями, но господин, конечно, не понял. Разве ему, безъязыкому, что-нибудь втолкуешь?
«Чёрные куртки» сгрудились у тела Тансина, шумели, о чем-то спорили. Многие из них убиты, в том числе и командир, но осталось ещё больше.
С устным счётом у Масы всегда было хорошо, и он принялся считать.
У господина в маленьком револьвере семь пуль. Он, Маса, может убить троих. Если повезёт – четверых. Мидори-сан – ниндзя, она, наверное, уложит десятерых.
Сколько это получается?
Досчитать помешала Мидори-сан.
– Ждите здесь, – сказала она. – Отец за вами вернётся.
– Разве вы, госпожа, уходите?
Не ответила – повернулась к господину.
