В ужасающем скачке над городом и за его пределами, невесомое создание излучает необычайную мощь. Оно мчится по черепичным крышам кварталов, сбегая в Сеттльмента с его рациональной геометрией, прежде чем стремительно летит в сторону безбрежных морских просторов и наконец останавливается....
– Смотри вниз, – буркнул тот и, опустившись на четвереньки, прижался лицом к полу.
Пришлось последовать его примеру.
В полу, оказывается, были проделаны смотровые щели, сквозь которые просматривались и коридор, и все комнаты.
Повсюду сновали «чёрные куртки», а посреди коридора блестел башкой Монах.
– Не нашли? – орал он, нагнувшись к дыре в полу. – Простучать каждый сяку![48] Там обязательно должны быть тайники!
Оторвав голову от щели, Маса взглянул на Тамбу – и вовремя.
Дзёнин нажал ногой какой-то рычаг, откинулся ещё один люк, расположенный над коридором.
Маса опять ткнулся носом в пол, чтоб ничего не пропустить.
Ах, какое это было зрелище!
Дзёнин приземлился между Монахом и двумя «чёрными куртками». Те-то лишь разинули рты, а бритоголовый ловкач шарахнулся в сторону, рванул из-за пояса револьвер. Только куда ему было против Тамбы. Короткий взмах меча, и по полу покатился сверкающий колобок, из перерубленной шеи ударила струя крови.
Чуть наклонился и сначала медленно, а потом всё быстрей и быстрей, разгоняясь, побежал к распахнутой двери, за которой была пропасть. За ним с криком ринулась целая гурьба преследователей.
Маса пришёл в восхищение. Как придумано! Дать последний бой на мостике, над бездной.
Рядом раздался шорох. Это вскочил Тансин, бросился к оконцу. Хочет видеть последний бой своего господина, сообразил Маса и со всех ног кинулся следом.
Через решётку мостик был виден, как на ладони. Выглянула луна, и деревянный настил засеребрился над чёрной бездной.
Вот дзёнин стремительно выбежал на серебряную дорожку, полы его плаща растопырились, будто перепончатые крылья летучей мыши. С разбега, мощно оттолкнувшись ногой, Тамба прыгнул в пропасть.
А как же последний бой – чуть не вскричал Маса. Сначала зарубил бы десяток-другой врагов, а потом можно и камнем с обрыва.
Но Тамба не упал камнем!
Столпившиеся на мостике «чёрные куртки» взвыли от ужаса, да и у Масы на лбу выступили капельки холодного пота.
