Там, под полосатым навесом кафе «Паризьен», сидела чинная публика. Из-за столика вскинулась долговязая фигура – Ланселот Твигс.
– Господа, в чем дело?
Локстон только отмахнулся. Тогда доктор кинулся за членами следственной группы, крича:
– Да что случилось-то? За кем это вы?
Беглец оторвался на добрых полсотни шагов, и дистанция всё увеличивалась. Ни разу так и не оглянувшись, он мчался по противоположной стороне канала.
– Уйдёт! – простонал сержант. – Там туземный город, настоящий лабиринт!
Он выхватил из кобуры револьвер, но так и не выстрелил – для «кольта» было далековато.
– Дай!
Начальник полиции вырвал у констебля карабин, приложился к ложу, повёл ствол вслед за шустрым бегуном и выпалил.
Соломенная шляпа отлетела в одну сторону, её владелец в другую. Упал, несколько раз перевернулся и остался лежать, раскинув руки.
В кафе загалдели, повскакивали со стульев.
– То-то. Уф! – Локстон рукавом вытер пот. – Джентльмены, вы свидетели – если б я не выстрелил, преступник бы ушёл.
– Капитальный выстрел, – тоном знатока похвалил Твигс.
Через мостик шли не спеша: впереди победитель-сержант с дымящимся карабином, за ним Фандорин с доктором, потом констебль, и на почтительном отдалении праздная публика.
– Если вы уложили его наповал, мы в т-тупике, – озабоченно сказал Эраст Петрович. – И отпечатков больше нет.
Американец пожал плечами:
– На что они нам, если есть тот, кто их наляпал? Я целил в спину. Может, жив?
Предположение немедленно подтвердилось, причём самым неожиданным образом.
Лежащий вдруг вскочил на ноги и, как ни в чем не бывало, с прежней прытью запустил вдоль канала."
"Публика ахнула, Локстон захлопал глазами.
– Черт! Ну и живучесть!
Он снова поднял карабин, но то был не новомодный «винчестер», а однозарядный итальянский «веттерли». С проклятьем сержант швырнул констеблю бесполезное оружие и выхватил «кольт».
– Дайте, дайте я! – оживился доктор. – Вы не попадёте!
Он чуть не силой вырвал револьвер. Встал в картинную позу дуэлянта, закрыл глаз. Грянул выстрел.
Беглец снова упал, на сей раз ничком.
В толпе зааплодировали. Локстон стоял и чесал подбородок, его подчинённый перезаряжал свой карабин. Один Фандорин бросился вперёд.
– Не спешите! – остановил его Твигс и хладнокровно объяснил. – Теперь он никуда не денется. Я перебил ему позвоночник в области поясницы. Конечно, жестоко, но, если это ученик тех самых синоби, единственный способ захватить его живьём – парализовать. Держите ваш «кольт», Уолтер. И благодарите судьбу, что в это время дня я всегда пью чай в «Паризьене». Иначе вам ни за что бы…
– Смотрите! – вскрикнул Фандорин.
Упавший поднялся на четвереньки, потом встал, встряхнулся, как мокрая собака, и огромными прыжками помчался дальше.