В душных коридорах аэропорта "Пулково", где каждый шаг кажется монотонным, женщина и ее внук находятся в ожидании вылета. Атмосфера здесь напоминает скучную симфонию из множества маленьких сюжетов – очереди на регистрацию, багажи с колесиками и сумки на плечах.
– Так что, это, приходите часам к восьми! – напомнил Лоле гуру, прежде чем вернуться на свое место.
– А то что – зачет не поставите? – осведомилась Лола вполголоса.
Гуру ее, кажется, не расслышал.
До конца занятия не произошло ничего заслуживающего внимания. Гуру еще несколько раз похвалил Лолу и привел ее в пример прочим ученикам, в особенности неуклюжей Курочкиной, так что под конец все косились на новенькую с явным неодобрением.
Наконец занятие закончилось, и ученики потянулись в раздевалку.
Шкафчик Лолы оказался рядом с Курочкиной.
Переодеваясь, та покосилась на Лолу и спросила с плохо скрытой завистью:
– Ну, как там Алена?
– Кто? – переспросила Лола, пытаясь выиграть время.
– Ну, Алена Перепелкина! Вы же с ней вроде подруги!
– А, Алена… ну да, подруги… быстро же здесь слухи распространяются! Но вообще-то я ее давно не видела…
– Ну конечно… – завистливо протянула Курочкина. – У нее же началась новая жизнь, ей теперь не до подруг. Как они – поженились?
– С кем? – оторопела Лола.
– Ой, вот только не надо этого! – фыркнула Курочкина. – Я, конечно, сама не люблю сплетничать, но тут-то, наверное, все в курсе!
– Это вы про Павла? – ляпнула Лола. – Так он же вроде женат…
– Про Павла? – насторожилась Курочкина. – Про какого еще Павла?
– Знаете… знаешь что? – Лола решила взять быка за рога. – У вас здесь кафе какое-нибудь есть? Давай посидим, выпьем кофейку, поговорим… По-моему, ты про Алену знаешь больше меня!
– Посидеть, конечно, можно… – протянула Курочкина задумчиво.
– А что, плохо варят? Да ничего, я пила кофе на автобусной станции в поселке Новые Ямы и осталась жива. Так что мне не привыкать…
– Ну, смотри, я тебя предупредила!
Новые приятельницы закончили переодеваться и наскоро подкрасились.
Приведя себя в порядок, дамы вышли в коридор и направились к двери с яркой неоновой надписью «Фитокафе».
По пути Лола ненавязчиво оглядела Курочкину.
При ближайшем рассмотрении ей было, пожалуй, прилично за сорок, и главный принцип, которым она руководствовалась при подборе одежды, звучал так: чем больше лет, тем глубже вырез.
Глубокий вырез был на ее кофточке из тонкой розовой шерсти, большой вырез был и на ее юбке (вырез был сзади, то есть такой, который в народе называют «следуй за мной»), но все это выглядело не соблазнительно и не вызывающе, а скорее жалко.
