В душных коридорах аэропорта "Пулково", где каждый шаг кажется монотонным, женщина и ее внук находятся в ожидании вылета. Атмосфера здесь напоминает скучную симфонию из множества маленьких сюжетов – очереди на регистрацию, багажи с колесиками и сумки на плечах.
– А зря, – наставительно сказал капитан Несгибайло, – потому что муж-то у нее – так себе, ничего особенного, обычный бизнесмен средней руки, купи-продай, а вот хахаль… – Он наклонился к уху Алексея и прошептал что-то.
– Понял теперь, с кем ты связался?
– П-понял… Но я же не знал… На ней не написано… – рассердился в свою очередь Алексей, – пришла на тусовку одна, назюзюкалась, как бомжиха на полянке…
– Но-но! – Алла взмахнула шокером. – Ты смотри у меня! Выбирай выражения!
– Не знал! – передразнил Алексея Несгибайло.
– Нет, – вздохнул Алексей, – дома она у меня…"
"– Ну, тогда считай, что тебе повезло! Поживешь еще… некоторое время!.
Браслет ждал своего часа в тайнике за батареей. Там же лежали заработанные мелким воровством три тысячи долларов и полторы тысячи евро. Глядя в немигающие глаза капитана, Алексей понял, что их тоже придется отдать.
Леня вышел в переулок позади ресторана. Здесь были припаркованы несколько скромных машин, за стеклами просматривались силуэты дремлющих водителей.
– Эй, господа извозчики! – громко произнес Маркиз, проходя мимо машин. – Кто из вас будет Георгий?
Стекло первой машины опустилось, появилась мрачная физиономия, и хрипловатый голос осведомился:
– Какого тебе еще Георгия? Тебе, братан, ехать нужно или так – поговорить? Если поговорить, так проваливай, мы тут люди занятые, нам лясы точить некогда!
– Мне ехать, только не с кем попало.
– Нет тут никакого Георгия и никогда не было! – И стекло начало подниматься.
– Как же не было? – заторопился Маркиз. – Как не было? Был тут Гоша, был!
– Ну так ты про Гошу и спрашивай, а то Георгия какого-то выдумал! Гоша – он, если по документам, никакой не Георгий, а Игорек, вон его зеленая «Хонда»… только, братан, сейчас не его очередь, сейчас моя! Так что если тебе ехать, ко мне садись…
– Я что – неясно выразился? – фыркнул Леня.
Он подошел к зеленой машине и постучал в стекло. За рулем дремал парень лет тридцати с усами подковкой, в кожаной кепке, опущенной на глаза.
