Автор
Пораженный ужасом, молодой поэтический проповедник Остин стоял у окна тюрмерной башни над внутренним двором. Сквозь стекло он видел кровавую трагедию – сотни заключенных волокли к судьям, которые казнили их на месте преступления. Атмосфера Парижа в день свержения монархии была жуткой и наполненной ожиданием за новыми убийствами....
– Chacun a son gout,[12] – мягко сказал Фокс.
– Да, – согласился Шеридан, – у каждого свои слабости.
Все прекрасно знали, что слабостью драматурга была очаровательная, эрудированная графиня Бессборо, тогда как мистер Фокс питал страсть к азартным играм. Фокс не очень любил заходить в клуб «Уайт». А в клубе «Брукс», что находился как раз напротив, по Сент-Джеймс-стрит, мистеру Фоксу больше нравился как сам характер игры, так и политические настроения. Игра там была содержательнее, и успех зависел скорее от капризов госпожи Фортуны, чем от умения игрока.
– Интересно, какая слабость у Дайсона? – задумчиво промолвил он.
– Герцог не очень-то тебе нравится, не так ли?
– Честно говоря, да. Я вообще не в восторге от современной молодежи.
При этих словах оба джентльмена улыбнулись. Обсуждение современной молодежи всегда их развлекало.
Шеридан поднял стакан. Этот тост стал почти обязательным для друзей.
– За молодое поколение, – сухо произнес драматург.
Фокс озвучил традиционное продолжение:
– До чего же скучный, неинтересный народ!
Оба джентльмена с удовольствием выпили.
Спустя короткое время Фокс заметил:
– А ведь мы могли бы научить их кое-чему в этой жизни! Бог мой, Шерри! Они такие недалекие и мелочные!
Шеридан допил остатки бургундского и поставил станин на столик.
– Ты ошибаешься по поводу Дайсона.
Густые брови Фокса тут же взлетели вверх.
– Почему ты так говоришь?
Шеридан пожал плечами:
– Точно сказать не могу, но в нем что-то есть.
"– Чепуха! – возразил Фокс. – У этого юноши кровь холодная, как у рыбы. Если Дайсон когда-нибудь займет место Питта, это будет печальный для Англии день.
– Думаешь, это возможно?
– В политике все возможно. Но…
– Что?
– Я просто собирался сказать, что прежде чем настанет этот день, у меня, надеюсь, появится способ навсегда выбросить Дайсона из политики.
– Эта задача кажется невыполнимой.
– Верно, – согласился Фокс. – Встретимся завтра, в палате лордов? До сих пор не могу поверить, что пообещал поддержать Питта и его соратников. Дайсон действительно умен, но больше пусть на меня не рассчитывает.
– Питт теперь перед тобой в долгу. Не забудь взыскать с него причитающееся.
По какой-то причине мысль о том, что Чарльз Джеймс Фокс взыщет с мистера Питта причитающееся, показалась джентльменам весьма забавной.
