Настя отпускает ребёнка и прислоняет его к стене, сосредоточившись на успокоении двух дочек — старшей девочки и маленького младенца. Разговоры по поводу бабушки и политиков прибавляют веселья, но спать так не хочется. Настя знает, что Глаша требует бесконечных рассказов перед сном, а это значит — еще один час без глубокого покоя....
И Саша, обернувшись от врача, с которым говорил в этот момент, просиял такой улыбкой, то Настя поняла – даже если она скажет ему сейчас, что беременна тройней, он тоже воспримет это с огромной радостью.
– Дочка! – ответил ей тем же Зубарев и неловко прижал Аглаю к себе одной рукой. – Выросла-то как!
Он кивнул на постель и, быстро добравшись до неё, уселся и похлопал по месту рядом с собой.
– Мы не виделись несколько дней, – с сомнением проговорила Глаша, но тоже улыбнулась. Забралась и устроилась возле отца.
Врач, извинившись и сославшись на дела, вышел, и Настя, плотно закрыв за собой дверь и пройдя в палату, подошла к мужу. Наклонилась, крепко и коротко поцеловала Сашу и распрямилась.
– А ты уже стоишь! – отметила она то, что для неё самой стало самым настоящим сюрпризом.
– Это что ещё! Врачи говорят, скоро и бегать буду. – Он подмигнул Глаше и поморщился: – Правда, спина быстро разваливаться начинает."
"– Это как? – ошарашенно округлила глаза Аглая. – На части?
– Такое ощущение, что да, – признался Саша.
Настя снова улыбнулась, не в силах скрывать то, что чувствовала в этот момент. Даже если муж и не будет скоро «бегать», даже если бы так и сидел по сей день в инвалидном кресле, она бы всё равно осталась с ним. И даже тогда была бы совершенно счастлива. Но она знала и другое – Зубарев безо льда был птицей с оборванными крыльями. И ему нужно было вернуть то, чем он жил и дышал все предшествующие травме годы.
– А у вас как дела? Что нового? – обратился Саша к ним, и Настя, устроившись напротив них, приложила палец к губам, когда увидела, что Глаша уже готова выдать, как из пулемёта, всё, что у них успело напроисходить.
– Прежде, чем Аглая расскажет то, что так из неё и лезет, я хочу кое-что вам сказать.
Две пары глаз уставились на неё со всей серьёзностью, и муж с дочерью были настолько похожи – даже не внешне, а тем, как реагировали и как хмурились, что Настя тихо рассмеялась. А потом сказала, словно в ледяную прорубь прыгнула с разбегу, не зная, чего ждать дальше:
– У меня новость есть, о которой из нас троих знаю пока только я.
Первое время они смотрели на неё так, что у Насти закрались сомнения – верно ли оба поняли её слова. Но выглядели при этом настолько идентично, что даже страшно стало.
