Чарльз Эшборн найдет для нее новое место. Единственное, что ему нужно, – это не обращать на нее внимания, пока время само не расставит все на свои места. Круто обернувшись, он с досадой и яростью ударил рукой по дереву, сорвав кусок коры. От крючка на стволе осталась длинная царапина. И тогда он двинулся прочь от света и танцев, широкими шагами удаляясь все дальше от празднества.
Тася стояла у окна и задумчиво смотрела в ночь. При воспоминании о теплоте его ищущих губ, его ласковой силе, которую он жестко держал в узде, дрожь пробежала по ее телу. Она так долго была одинокой, что его объятия вызвали пронзительно сладостное и пугающее переживание. В них она почувствовала себя защищенной, в них был уют родного дома.
Она медленно дотронулась пальцами до своих губ. Наверное, Стоукхерста позабавила ее неуклюжесть. До нынешней ночи она ни разу не целовалась, если не считать вялого объятия и поцелуя с Михаилом Ангеловским сразу после помолвки.
Миша, как звали его родные и друзья, удивительным образом сочетал красоту и распущенность. Он одевался неряшливо и всегда чересчур роскошно, буквально заливал себя тяжелыми сладкими духами. Волосы носил слишком длинные, а на часто немытой шее были прыщи. Большей частью взгляд его золотых глаз был пустым из-за пристрастия к курению опиума.
Внезапно в голове Таси зазвенели голоса. Она зашаталась, к горлу подступила тошнота.
– Миша, я люблю тебя в тысячу раз сильнее, чем сумеет полюбить тебя она. Она никогда не даст тебе то, что тебе нужно.
– Ты ревнивый и сморщенный старый дурак, – отвечал Михаил. – Ты ничего не знаешь о том, что мне нужно.
Голоса стихли, и Тася недоуменно сдвинула брови. Что это было? Воспоминание или игра ее воображения? Она опустилась на стул и закрыла лицо руками, подавленная и растерянная, измученная пытками своих видений.
Лондонский сезон подходил к концу, и высший свет готовился закрыть свои городские дома и уехать в поместья.
Лорд Стоукхерст устраивал один из первых летних приемов в загородном доме. Все местные родовитые семейства были приглашены провести уик-энд в его поместье, занимаясь охотой и, так сказать, общаясь. Тасю очень встревожил предстоящий прием, она опасалась, что ее уединение будет нарушено.
Но в то же время она надеялась, что на приеме будут Эшборны. Она очень хотела увидеть кузину Алисию, ведь кузина была единственным, пусть слабеньким, звеном, связывающим ее с прошлым. Тася думала, что они смогут найти несколько минут для разговора.
