Возвращение императрицы отняло у нас время и ритм жизни. Я наведываюсь к Софье с фруктами и сладностями, нарядившейся в алое платье для встречи гостей. Гостиная наполнена шумом радостных голосов – всё ещё поглощены нашим появлением.
Юноша молча стоял с невозмутимым видом у стола судьи. Когда Софья только вошла в зал, он искоса поглядывал на великого князя Тверского. Теперь он повернулся к «зрителям». Встретившись взглядом с Софьей и остальными, Аскольд улыбнулся и помахал рукой.
— То, что я и сказала, — вздохнула Алиса. — Это для всех стало неожиданностью. И для Аскольда, по-моему, тоже. После слов отца судья мог бы уже нас отпустить, но заартачился. Говорит, дело открыто и чтобы официально его закрыть, нужен ритуал подтверждения крови. Но мы ведь в здания суда — здесь есть залы для слушания дел дворян, а там иногда проводят такие ритуалы.
«Подтверждение крови… — в ужасе метались мысли Софьи. — Аскольд — Оболенский? Как?! Как чёрт возьми это может быть?!»
— Скажи, мам, а ты что-нибудь знаешь об этом? — спросил Глеб у тёти Аскольда.
— Э… ну… — неуверенно протянула женщина, пряча глаза.
— Пожалуйста, Марина, если вам что-то известно, поделитесь с нами, — оживилась Алиса, сидевшая позади тёти Аскольда.
— Да известно мне немного… Роман моей сестры Кристины и Игоря — отца… видимо, теперь уж только Бори закрутился быстро. Но буквально за неделю до их знакомства она рассказывала о «загадочном аристократе», который пару раз заглядывал в бар, где она работала… Ну… вы поняли. Он не назвал своей фамилии и не оставил никаких контактов. Лишь подарки и впечатления. Когда она узнала, что бремена, уже была в крепких отношениях с Игорем и паниковала, вдруг ребёнок не от него. Я… посоветовала ей забыть всех мужчин, которые были до Игоря.
— Значит у меня появился старший брат! — радостный голос Яны прервал рассказ о прошлом, не совсем подходящий для ушей юных дев.
Софья напряжённо смотрела на родственников Аскольда. Чёрные волосы у брата и тёти, тёмно-русые у двоюродного брата. Ни у кого из троицы нет голубых, как ясное небо, глаз. Зато рядом сидят сёстры Оболенские — статные, высокие, светловолосые, голубоглазые.
С атрибутом «молния», в конце концов!
Хотя молнии Алисы и Яны «нормальные» — белоснежные, а не золотые, как у Аскольда.
«Проклятье! Кровь древнего рода проявилась в нём очень сильно! Но… может, всё-таки это ошибка? Но… я ведь чувствовала его странную силу… Наследие богов… Но… былины… простолюдин…»
— Соня, ты в порядке? Тебе нехорошо? — обеспокоенно спросила Алиса у лучшей подруги.
— А? Да… Да, всё нормально, прости.
— Судари и сударыни, всё внимание на сцену.
