В зале штаба африканской базы Оболенских, я скользнул взглядом по календарю, отмечавшем воскресенье 8 августа тысячи девятого года. Карта местности занимала большую часть стены и показывала нашу базу севернее городка Макуюни. Первый вывод — наша операция начинается именно здесь, на вулкане Альянс, где мы будем готовиться к неизвестному будущему....
— Если бы Алисе еще удалось своего спутника к нам затащить, было бы вообще прекрасно. Но увы… принцы — мужчины занятые. В итоге из иностранцев у нас только Янин друг — переводчик Токугавы. Что в общем-то, тоже неплохо».
Едва освободившись от платья, Софья почувствовала тяжесть в животе, к горлу подкатил ком тошноты. Несколько раз сегодня во время церемонии Соня чувствовала похожую тяжесть. Однако организм цесаревны, будто понимая всю важность свадебной церемонии и приёма, раньше выдавал куда более слабые позывы.
Сейчас же терпеть стало невозможно.
Софья стрелой метнулась в туалет и склонилась над унитазом.
«Хвала богам, волосы собраны и не болтаются», — мелькнула в голове новоявленной госпожи Александрит отвлечённая мысль.
— Ваше сиятельство, с вами всё в порядке? — услышала Соня за спиной обеспокоенный голос служанки.
— Нормально всё. Спасибо, — проговорила она секунду спустя. — Проверь ванну, пожалуйста. И водички туда принеси, будь добра.
Служанка откланялась и поспешно удалилась. Соня, тяжело дыша, выпрямилась, а затем, закрыв крышку, расслабленно уселась на унитаз.
Счастливая улыбка озарила лицо Софьи Александрит.
— Сегодня был очень сложный день, — проговорила она. — Этот мерзавец Годунов попытался взять меня под свой контроль. Но… — она улыбнулась ещё шире и тепло посмотрела на свой живот. — Спасибо тебе, малыш. Вы с папой смогли защитить меня.
Поднявшись, Софья перешла в соседнюю комнату и опустилась в ванну.
Наследие Богов — неведомая сила древних родов.
В Аскольде она развита куда сильнее, чем в ком бы то ни было. Более того, его Наследие, которое он называет Аурой Александритов, единственное Наследие, имеющее визуализации — золотые молнии.
Было единственным.
Раньше только Аскольд, выпуская Ауру большой силы, невольно делал её видимой человеческому глазу. Змейки золотых молний выглядели очень впечатляюще. Но…
— Соня, рахну сарнита сеятеля может очистить альтера, — говорил ей Аскольд, когда они вдвоём обсуждали, как защититься от артефакта Годуновых.
