Автор
В провинциальном городке "Анонимные грешники" — особое конкурентное событие, когда родственников собиривают на похоронах. Соперничество за слезы превращается в балладу о неоспоримой эмоциональной силе, но все же есть некий предел даже для громких выкриков и истерических вздохи. В этой реалистичной атмосфере подчас становится жарко, будто ты сам хочешь раствориться в печали смертью....
Тейси фыркает, затем закатывает глаза, глядя на меня.
— Видишь? Вот почему тебе следовало прийти ко мне, прежде чем добровольно возиться с мужчиной мафии. Я бы сказала тебе, какие они сумасшедшие! — проходя мимо Анджело, она хлопает его по плечу и добавляет: — Но если говорить серьезно, спасибо, что спас мою лучшую подругу от этого большого жирного подонка.
Его губы подергиваются.
— В любое время.
— И если я что-нибудь услышу в салоне, я дам тебе знать.
Взгляд Анджело становится серьезным.
— Я был бы признателен за это.
— О, и если ты когда-нибудь захочешь вытатуировать имя Рори в виде сердечка у себя на груди, я буду рада сделать это. Я даже позволю тебе не стоять в списке ожидания.
— Угу. Звучит как предложение, от которого я не могу отказаться.
Мы прощаемся, и она исчезает за входной дверью с одним из дюжины мужчин Габа в ее тени.
Наши взгляды встречаются, и внезапно меня охватывает застенчивость.
— Иди сюда.
Я качаю головой.
Его глаза искрятся мрачным весельем.
— Осмелишься ли ты снова сказать мне нет?
Притворно вздыхая, я поднимаюсь на ноги и совершаю короткий путь к двери, мое сердце бьется быстрее с каждым шагом.
— Ты был серьёзен?
Я не могу заставить себя сказать это, но мне и не нужно, намек тяжело повис в воздухе между нами.
Он прикусывает нижнюю губу и кивает. Такое маленькое движение, но от которого все мои внутренности превращаются в кашицу.
Я и не знала, что можно чего-то страстно желать и в то же время так бояться этого. Я ничего так не хочу в этом мире, как быть любимой им, и все же от одной и той же мысли мне хочется выпрыгнуть из ближайшего окна.
Мое сердце бешено колотится в груди, пальцы горят от желания прикоснуться к нему.
— Но мы даже не целовались, — шепчу я. Это звучит жалко даже для меня, потому что в глубине души я знаю, что это ничего бы не изменило.
— Тогда поцелуй меня.
Вызов клубится в его взгляде.
Я делаю паузу.
— Хорошо.
— Хорошо."
"Сглотнув, я подношу руку к его шее и держу его за сильный затылок. Он ждет, неподвижно и молчаливо, не сводя с меня глаз. Сгорая от нетерпения, я встаю на цыпочки, но мне все равно приходится вытягивать шею, чтобы хотя бы приблизиться к его рту. Я зависаю там на некоторое время, так близко, что не могу сказать, чье тяжелое дыхание кому принадлежит. Ещё чуть-чуть, и мои губы соприкасаются с его губами. Так мягко и тепло.
