Автор
Радость Сглатываю — жаждой переполнен желудок. Кто придумал эти невыносимые наручники? Они обжигают кожу всеми углах, а отопление в комнате еще холоднее. Ожогов нет, но боль становится сильнее со времени их прикрепления. Как долго я останусь здесь, несчастная?
— Скоро приедут, — посматриваю на часы.
— Замечательно.
— Мы столько подарков накупили, — сообщает мне Алевтина. Вынимает из пакета банку каперсов, открывает ее и с удовольствием ест одну за одной. — Саша не позволяет мне ничего покупать нашему малышу, — поглаживает животик. — Он, кто бы мог подумать, суеверный, — прыскает от смеха, а Матвей, не стесняясь ржёт в голос. — Так что я вам всего накупила.
— Спасибо. Как ты их ешь? — морщусь, смотря как она лопает каперсы, и довольно щурится.
— Не поверишь, терпеть их не могла, а сейчас, жить без них не могу.
Смеёмся.
— Матвей не ешь, пирожки, а раскладывай на тарелку! — женщина шлепает сына по руке. — До инфаркта он меня когда-нибудь доведет.
— Это же просто пирожки, пусть кушает, — не понимаю я.
— Да, я не про пирожки. Недавно что учудил! Нет вы видели?! На весь, прости господи, интернет, тискался с какой-то… — сглатывает слова.
— Может это его девушка? — усмехается Алевтина.
— Девушку знакомят с родителями, а не лапают по барам и показывают стране.
Матвею вообще пофиг. Он жует пирожок, и театрально клонится.
— Так это девушка твоя? — уточняет Екатерина.
— Это контент, мама и ресурс и деньги за рекламу.
— Спасибо, все понятно, — цокает она, качая головой. — Чтобы не позорил нас так больше!
— Мама просто не смотри, я тебя прошу, — усмехается он.
— Я-то не смотрю, соседи смотрят, знакомые…
— Мам, это моя жизнь, и она такая, — уже напряжённо выдает Мот.
— Твоя это когда она личная, а ты делаешь ее общественной.
— Ну давай поругаемся, испортим праздник, — разводит он руками.
Я не вмешиваюсь, Алевтина вообще хихикает, заедая смех каперсами.
У нас веселая семейка.
В радионяне раздается плачь сына и все замолкают.
— Мы скоро придем, — сообщаю я и убегаю в комнату.
Пока я кормила Ярослава и переодевала в красивый костюмчик, уже накрыли стол и приехали мои родители.
Укладываю малыша в переносную люльку и выхожу в гостиную.
— Вот он наш мальчик, — наши мамы и Алевтина начинают умиляться и сюсюкать, а я осматриваю собравшихся. Папа, как всегда, строг, но сегодня даже улыбается что-то обсуждая с Глебом и Александром.
Слава Богу.
Все у нас будет хорошо. Ярослав должен их сблизить.
