— Преступники хорошо вооружены. Машины — к подъезду. Мою тоже вызовите, — сказал он вытянувшемуся в дверном проеме помощнику, и тот коротко сказал: «Есть!»
— Разрешите, Иван Александрович, — поднялся Русанов.
— Слушаю, Виктор Иванович.
— Здесь, в управлении, находится водитель такси, Безруких. На него напали трое мужчин, оглушили, выбросили из машины, «Волгу» угнали…
— Какое это имеет отношение к самолету? — нетерпеливо спросил генерал. — Пусть милиция этим делом занимается. Почему он пришел к нам?
— Таксист утверждает, что в пути следования его пассажиры вели речь об угонщиках самолета.
— Так. Дальше!
— Из их разговора он также понял, что они намеревались ехать в аэропорт, а окружную дорогу избрали для того, чтобы…
— Понятно. Им нужна была машина.
— Вот именно. Номер машины, которая стоит сейчас на летном поле, совпадает с тем, что называет шофер такси. То есть это его «Волга». Более того, Иван Александрович: Безруких назвал нам приметы преступников, которые очень совпадают с приметами неших знакомцев…
— Неужели… Гонтарь?!
Да, похоже. По приметам, он и его боевики, Басалаев и Фриновский.
— Так-так… Жаль, они нас опередили на считанные часы. Жаль. А шофер такси… это тот самый, что помогал нам задержать Рамиза, да?
— Он самый, Иван Александрович.
— Хорошо. Возьмите его с собой в аэропорт.
— Спецназ из Москвы будем вызывать, Иван Александрович? — спросил Кириллов.
— Нет, некогда. Сами свою кашу будем расхлебывать. Мы упустили Гонтаря, дали ему возможность вырваться из города, захватить самолет. Это плохо, очень плохо!… Сейчас дорога каждая минута. Банда, судя по всему, весьма решительно и агрессивно настроена, может применить насилие. Гонтарь пошел ва-банк, это очень опасно. Оружие они уже применили, применят и в другой ситуации, мы должны быть к этому готовы — их ничто теперь не остановит. Москву, разумеется, поставим в известность, облсовет, а действовать придется своими силами. Все, товарищи офицеры! Через двадцать минут выезжаем.
* * *
Гонтаря вызвали на связь, он приложил наушники к ушам, бросил раздраженное:
— Слушаю, Лукьянчиков!
— С вами будут говорить сейчас из КГБ.
— Давай, пусть говорят.
— Алло, Гонтарь! Здесь подполковник госбезопасности Русанов.
— Отлично! Значит так, Русанов: топливо — под завязку, экипаж — в самолет, коньяк, закуску из буфета — на борт. Сам тоже с нами полетишь, понял?
В наушниках — мгновенное замешательство. Потом по-военному четкое:
— Я готов.
— Ну и отлично. Начинаем работу. Гони топливозаправщик к самолету. Керосин лить под завязку. Я сам буду смотреть. Твоей группе захвата к самолету не приближаться. Если начнете стрелять, все пассажиры будут уничтожены. Закроем двери и устроим тут мясорубку. Понятно говорю?
— Понятнее некуда.