Правда, сегодня мы запускаем ракету устаревшего образца, только для проверки качества топлива, но картина запуска в общем-то остается одинаковой.
— А боевые ракеты ей видеть не положено, — произнес Сергей Петрович, — хоть она и наша сотрудница. Всяк сверчок знай свой шесток.
— Да, тут не помогли бы никакие просьбы Лидии Сергеевны, — становясь сразу серьезным, подтвердил Рампиловский. — С государственной тайной не шутят. Тут нет ни знакомств, ни родства.
Лида невольно покраснела.
Полсотни километров «чайка» пробежала незаметно. У контрольного поста Рампиловский затормозил, предъявил три пропуска. Часовой почтительно откозырял распахнул легкие воротца.
Оставив «чайку» на опушке леса, Рампиловский и его спутники вошли в бетонный блиндаж. Лида с любопытством осматривалась. На стенах висело множество при боров. Большинство было ей незнакомо. Часы с большим циферблатом громко отстукивали секунды. Два человека в синих халатах возились у стола с каким-то прибором, от которого к амбразуре блиндажа тянулись электрические провода.
— Смотрите сюда, — указал Лиде Рампиловский на перископ.
Молодая женщина припала к окуляру и увидела ракету. Ее гигантское стройное тело вертикально устремлялось к звездному небу. Две автоцистерны мчались прочь. Над ракетой вился белый дымок. Рядом стояло какое-то металлическое сооружение, вроде уэллсовского треножника марсиан.
Рампиловский что-то негромко спросил у своих помощников в синих халатах и скомандовал в микрофон:
— Готовность номер один!
Тревожно завыла сирена. Лида напряглась, затаила дыхание.
— Внимание! Пуск!
Из хвостового оперения ракеты ударили столбы пламени и дыма, заволокли стартовую площадку. Снег вокруг на десятки метров исчез. Раскатистый, гулкий гром донесся до блиндажа. Ракета дрогнула, медленно, как-то лениво пошла вверх, потом прянула от земли, вмиг набрала скорость. Ураганный ветер провыл над блиндажом. Лида закрыла глаза. Когда она открыла их, ракета уже горела в ночном небе звездой невиданной яркости.
На обратном пути Лида забилась в уголок машины, потрясенная недавним зрелищем, собираясь с мыслями. Грозное видение все еще стояло перед ее глазами. Каковы же тогда боевые ракеты! А межконтинентальные?. Вот какое оружие куют они для обороны Родины! Если озверелые враги осмелятся напасть на нее, сотни ракет взовьются в небо из своих бетонных гнезд, как карающие огненные мечи советского народа. Как же важно ковать и хранить это оружие. Да, и хранить…
Лиде вспомнилась бездумная болтовня с мужем об охране института, о сейфах, и что-то тягостное коснулось ее сердца. Впервые Лида твердо решила про себя, что больше муж ничего не узнает о ее работе. Не узнает Саша и о сегодняшнем дне.
В черном небе все ярче разгорались звезды.