Вернувшись к себе в кабинет, он постоял в раздумье перед сейфами, где в образцовом порядке хранились личные дела сотрудников, потом присел к столу и вытащил журнал приема на работу.
Полистав его, Петухов отметил красными «птичками» три фамилии, еще раз перечитал расшифрованный запрос, лежавший перед ним:
«Сов. секретно. Сосногорск. Начальнику почтового ящика № 13 генерал-лейтенанту Смолянинову. Предлагаем дополнительно проверить оформление на работу лиц, прибывших к вам после двадцать второго ноября минувшего года из районов Якутии и Иркутской области, расположенных в бассейне Лены. Исполнение доложить».
С минуту Петухов пристально всматривался в отмеченные фамилии.
Ему не понадобилось копаться в сейфах, перебирать дела. Разве только в аптеках можно было еще встретить подобный скрупулезный порядок. «Сейф номер три. Дела девятнадцатое, тридцать первое и сто одиннадцатое». Через минуту все три лежали на столе.
«Плотник Михеев из Чечуйска. Сварщик Рютин из Бодайбо. Шофер Горюнов из совхоза „Красный оленевод“ под Жиганском. И ни один не допущен во внутреннюю зону стартовой площадки и института. Начнем с Горюнова».
Из папки на Петухова открыто взглянул добродушный, чуть скуластый мужчина. Фото не очень ясное, мелковатое, но видно хорошо. Заявление о приеме на работу. Анкета. Автобиография. Метрика. Выдана сельсоветом Оськино Катангского района Иркутской области. А вот подшито и заключение спецэкспертизы, что все документы подлинные, без следов подчистки, помарок, без замены печатей, фотографий. На ракетодром Горюнов поступил с местного спирто-водочного завода. Где работал раньше? В оленеводческом совхозе, в Якутии. Шофер второго класса.
Так же обстоятельно, не торопясь, Петухов изучил документы в личных делах Михеева и Рютина. Порядок! Никаких упущений, отступлений от инструкции. Можно составлять ответную шифровку.
Все же, верный себе, педантичный до предела, Алексей Петрович сунул фотографии в папку и вызвал машину. Побывал на строительной площадке, где лихо орудовал топором сибирский плотник Прохор Михеев, полюбовался виртуозной работой бодайбинца Федора Рютина, сваривавшего на высоте металлические конструкции нового ангара. Затем отправился в гараж. Диспетчер указал Горюнова. Петухов подошел к шоферу, вытащил из кармана бутылку, с грубоватым добродушием сказал:
— Плесни-ка, парень, бензинчику. Хозяйка клопов травит.
— Это можно, — с готовностью отозвался шофер. — Я как раз первым сортом заправился, без этила. Разрешите вашу бутылочку.
«Похож», — подумал Петухов.
От начальника гаража узнал, куда посылают Горюнова, не замечен ли в езде «налево».