Вечером Петухов составил шифровку, с приятным сознанием добросовестно исполненного служебного долга отнес ее на подпись к генерал-лейтенанту.
— Значит, все в порядке? — переспросил Смолянинов, ставя заковыристую подпись.
— Как и следовало ожидать, товарищ генерал-лейтенант!
Прозрение
Почти год Владимир Прозоров работал помощником машиниста, но все еще не мог свыкнуться с тем, что это он стоит на левом крыле красавца «СО», следит за водой, паром, арматурой, ухаживает за машиной.
Весной его наставник машинист Семен Николаевич Долгих собирался уходить на пенсию, и Прозоров готовился принимать паровоз. Государственный экзамен он уже выдержал, заветный документ лежал в левом верхнем кармашке кителя.
Чтобы ускорить стажировку помощника, Семен Николаевич все чаще, при каждом удобном случае, уступал ему правое крыло. Сегодняшний рейс Прозоров также провел почти целиком за рычагами управления. Денек выдался безморозный, тихий. Паровоз хорошо держал пар, легко тянул состав. Высунувшись из окошка, чувствуя, как студеный ветерок приятно пощипывает лицо, Прозоров напевал вполголоса «Едут новоселы».
Приятно было ощущать себя молодым. Радовало приближение самостоятельной ответственной работы. Даже подсознательная постоянная горечь от неразделенной любви к Лиде Стрельченко растворилась сегодня в общем светлом настроении.
Колеса паровоза мерно стучали на стыках рельсов, мощное трубное дыхание паровой машины спугивало птиц с заснеженных сосен, и в такт ему Владимир выводил созвучные пейзажу слова песни:"
"Родины просторы: горы и долины.В серебро одетый, зимний лес грустит…Все в том же отличном состоянии духа Прозоров вернулся из рейса, сдал смену, попрощался с Семеном Николаевичем.
— Вечером куда? К ней? — с хитрецой подмигнул старый машинист.
— К ней, Семен Николаевич, — признался Владимир, заливаясь румянцем.
Кареглазое, круглое, чисто русское лицо помощника показалось Долгих необыкновенно привлекательным. «Такого парня от себя оттолкнула девка!» — подивился про себя машинист. А вслух сказал:
— Ты там только полегче. Не мути ей душу. Не гоже разбивать семью.
— Что вы! — вконец смутился Владимир.
Свернув с рельсового пути, Прозоров поднялся в гору к своему общежитию. На половине подъема его обогнал рычащий грузовик. По заднему номеру, освещенному фонариком, Прозоров узнал машину Горюнова. Останавливать ее было поздно. Пришлось продолжать путь пешком. Но машина ушла недалеко. Хлопнула дверца, шофер выскочил и скрылся в подъезде ближнего дома.
Поравнявшись с грузовиком, Владимир вспомнил маленький секрет, которым с ним недавно поделилась Лида: «Саша английский язык зубрит. Не расстается с учебником, так и возит под сиденьем.