А нам нужно искать выход.
— Да при чем тут вы?! — изумилась Долматова. — Я должна выход искать, а не «мы»!
— Нет, Валюша, вы ошибаетесь. Тайна, если ее знают двое, — он обвел глазами безмолвствующих своих парней, — уже не тайна. Вы не сможете отрицать этого доказательства, — он подбросил на ладони «сигареты», — а мы тоже теперь причастны… Гм. Так что н выход будем искать вместе. Предложение такое: паши тридцать процентов с каждого слитка. А у вас никаких забот с поиском покупателей. Ну, и меры безопасности за нами. Об этом мы уже говорили."
"«Тебе дай, Битюцкому дай, еще кто-нибудь заявится, — раздумывала Валентина. — Ползавода на вас, паразитов, утащить надо. Да Семен как узнает, прибьет! Ты что, скажет, целую свору в свой дом привела. Только-только от милиции дух перевели, теперь эти… С другой стороны, карты перед Михаилом Борисовичем — чтоб ему в аду на самой горячей сковородке вертеться! — раскрыты, держит он нас с Анатолием и Семеном за самое яблочко. Совсем маленький звоночек в органы… А звоночек этот может Битюцкого и миновать, как еще повернется дело… Третью часть, конечно, жалко, она бы и самим, эта третья часть, не помешала, но где гарантия, что Анатолий не вляпается при продаже «сигарет» и в следующий раз? Да, чего доброго, и похуже. Согласиться, что ли? И в самом деле, на простых грабителей компания эта не похожа. Жулики, конечно, вымогатели, но и дело предлагают…»
— Тридцать процентов — это грабеж среди бела дня, — сказала Валентина. — И откуда я буду знать цену, по которой вы станете сбывать наше золото?
«Ты действительно не будешь знать, — мысленно ответил ей Гонтарь. — Наше дело заполучить тебя с твоими слитками добровольно, а уж там…»
— Вы разве все еще сомневаетесь в нашей порядочности, Валюша? — Гонтарь скорчил обиженную мину. — Свои семьдесят процентов вы будете иметь, контролировать это легко. А ниже тридцати в свою пользу — я не согласен: сбыт — дело не менее рисковое, чем… — он сморщил лоб. — Ну, чем вам, на заводе.
Валентина глянула на Анатолия: ну что сидишь букой? Скажи что-нибудь! Рябченко, одетый в зеленую форменную рубашку, лишь повел плечом — делай как знаешь. Главное, пусть они отсюда убираются поскорее.
— Вот что, Михаил Борисович, — голос Долматовой окреп, заметно ожесточился. — Охотники до наших слитков и другие есть…
— Интересно, — вставил Гонтарь, прищуренные его глаза насторожились.
— Тому отдай третью часть, вам… Жирно будет. Нам самим ничего не остается.
— А кто же этот «охотник», Валюша? — Гонтарь строгим взглядом велел Бобу: слушай, мол, и мотай на ус. Но тот и так был весь внимание.
— Битюцкий.