Но если вы знаете, кто я, почему понадобился случай, чтобы мы встретились?
– Я не был уверен, что мой визит доставит вам удовольствие, сударыня. При нашей последней встрече мы расстались отнюдь не друзьями…
Анжелике вспомнилась ночь погони в предместье Сен-Жермен. Во рту у нее пересохло. Едва шевеля губами, она спросила:
– Что вы хотите этим сказать?
– В ту ночь тоже шел снег, как сегодня. И в потайном ходе на улице Тампль было не менее темно, чем у ваших ворот.
Анжелика подавила вздох облегчения:
– Мы не были врагами. Мы были повержены, а это не одно и то же, мэтр Дегре.
– Не надо называть меня мэтром, сударыня, я продал должность адвоката, а заодно меня исключили из университета. Впрочем, я ее продал очень выгодно, так что сумел купить должность капитан-эксперта, в соответствии с коей посвящаю себя деятельности более доходной, хотя и не менее полезной: преследованию злоумышленников и злонамеренных граждан этого города. Так что с вершин слова я упал на дно молчания.
– Вы по-прежнему складно говорите, мэтр Дегре.
– При случае. Когда испытываю удовольствие от определенных упражнений в ораторском искусстве. Именно по этой причине мне поручают заниматься участью личностей, страдающих невоздержанностью письменной или устной речи: поэтов, газетчиков, писак самого разного толка. Как раз нынче вечером я преследую язвительного сочинителя по имени Клод Ле Пти, также называемого Грязным Поэтом. Он будет крайне благодарен вам за ваше вмешательство.
– Потому что нас вы задержали, а он продолжал бежать.
– Простите, что задержала вас.
– Лично я получаю удовольствие, хотя гостиная, в которой вы меня принимаете, не слишком уютна.
– Простите меня. Придется вам прийти еще раз, Дегре.
– Я приду, сударыня.
Он нагнулся к собаке, чтобы взять ее на поводок. Хлопья снега становились все более плотными. Полицейский поднял воротник накидки, сделал шаг и остановился.
– Мне тут кое-что вспомнилось, – сказал он. – Этот Грязный Поэт некогда позволил себе злобную выходку во время суда над вашим мужем. Погодите-ка…
– О, умоляю вас, молчите! – воскликнула Анжелика, закрыв уши руками. – Никогда не говорите мне об этом. Я больше ничего не помню. Я больше не хочу об этом помнить…
– Так, значит, прошлое для вас мертво, сударыня?
– Да, прошлое мертво!
– Вы приняли наилучшее решение. Впредь я никогда не заговорю с вами об этом. До свидания, сударыня… и спокойной ночи!
Анжелика, стуча зубами от холода, заложила засовы. Стоя на холоде в одном лишь пеньюаре, она продрогла до мозга костей. А к холоду примешивалось волнение от встречи с Дегре и от его откровений.
Войдя в спальню, она заперла дверь. Ее светловолосый гость сидел возле камина, обхватив руками колени. Он был похож на сверчка.