А когда появлялся вновь, исхудалый, голодный и улыбающийся, она тщетно пыталась расспрашивать его.
Почему, уж коли он так ладит со всеми разбойниками Парижа, ему когда-нибудь не попировать с ними? Его никогда не видели в Нельской башне. Однако, будучи одним из заметных обитателей Нового моста, он имел там свое место. А используй он известные ему секреты, многие люди запели бы у него соловьем.
– Гораздо забавнее заставить их плакать и скрипеть зубами, – говорил он.
Он принимал помощь лишь от женщин, которых любил. Отдавшись его ласкам, бедная цветочница, проститутка, служанка получали право немного побаловать его. Они приговаривали: «Кушай, малыш» – и с умилением смотрели, как он быстро и жадно ест.
Затем он испарялся. Подобно цветочнице, проститутке или служанке, Анжелика порой испытывала желание удержать его. Лежа в теплой постели рядом с этим человеком, чьи объятия были столь живыми и легкими, она обвивала рукой его шею и притягивала к себе.
Но он уже открывал глаза, видел, что за свинцовыми окнами забрезжил дневной свет, выскакивал из постели и поспешно одевался.
Ему и впрямь не сиделось на месте. Он был одержим довольно редкой, но во все времена дорогостоящей манией – манией свободы.
И не всегда он был не прав, убегая вот так. Часто, когда Анжелика перед открытым окном заканчивала свой утренний туалет, за прутьями кованой решетки скользила черная тень.
– Вы имеете привычку довольно рано наносить визиты, господин полицейский.
– Я явился не с визитом, сударыня. Я ищу памфлетиста.
– И вы надеетесь найти его в здешних местах? – беззастенчиво интересовалась Анжелика, набрасывая на плечи накидку, чтобы отправиться в таверну «Красная Маска».
– Как знать, – отвечал он.
Анжелика выходила из дому, и Дегре провожал ее по заснеженным улицам. У них под ногами резвилась Сорбонна. Это напоминало Анжелике время, когда они вот так же бродили с Дегре по Парижу. Однажды он привел ее к баням Сен-Никола. В другой раз перед ними возник бандит Каламбреден.
Теперь они снова встретились. Каждый хранил в тайне от другого события прошлых лет. Анжелике не было стыдно, что Дегре видел, как она прислуживает в таверне. Он с достаточно близкого расстояния следил за крахом ее счастья, чтобы понять, что ей необходимо смиренно трудиться, зарабатывая на жизнь собственными руками. Она знала, что он не презирает ее за это. Она могла запрятать глубоко в душе воспоминания о жизни с Каламбреденом. Прошли годы. Каламбреден не появился. Анжелика по-прежнему надеялась, что ему удалось бежать из Парижа. Быть может, он связался с бандитами с большой дороги? А может, попал в лапы армейских вербовщиков?
В любом случае что-то подсказывало ей, что они больше не увидятся.
Так что она могла ходить по улицам с гордо поднятой головой.