Продолжение истории криминального журналиста Андрея Обнорского, героя известной трилогии. В новом романе главный персонаж оказывается в центре опасной игры, где грань между журналистским расследованием и личной безопасностью становится все более размытой. Авторы Константинов и Новиков ведут...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Арестант»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Продолжение истории криминального журналиста Андрея Обнорского, героя известной трилогии. В новом романе главный персонаж оказывается в центре опасной игры, где грань между журналистским расследованием и личной безопасностью становится все более размытой. Авторы Константинов и Новиков ведут...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Продолжение истории криминального журналиста Андрея Обнорского, героя известной трилогии. В новом романе главный персонаж оказывается в центре опасной игры, где грань между журналистским расследованием и личной безопасностью становится все более размытой. Авторы Константинов и Новиков ведут...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Я, кажется, не туда…
— Никита! Это ты, Никита?
Значит, вернулся. Значит, еще одной головной болью у подполковника Кудасова больше. С очень высокой степенью вероятности вырисовывается двадцать четвертый труп. Причем в отличие от бандитов, погибших в разборках, речь идет о человеке, близком по духу. Можно сказать, о друге.
— Это ты, Никита?
— Я, Андрюха, я. Как ты, варяжский гость?
— А я, видишь… пью, — нетвердо произнес журналист.
— Вижу, — глухо отозвался подполковник. — Давно пьешь?
— Не… второй день.
— А когда вернулся?
— Вчера, кажется… или сегодня…
— А кто знает, что ты вернулся? — быстро спросил Кудасов.
Он уже прикидывал, где лучше спрятать на какое-то время журналиста, какие следует предпринять первоочередные шаги. У приличного опера всегда есть в запасе варианты.
— А хер его знает, кто знает.
— Хороший ответ, — сказал Кудасов самому себе.
— Никита, — сказал Обнорский, — я слабак и неудачник.
Похоже, с прекрасной шведкой поссорились, довольно правильно поставил диагноз подполковник.
— Нет, — жестко сказал он. — Ты не слабак и не неудачник. Ты нормальный мужик в очень сложных обстоятельствах. В трудных, но не безнадежных, Андрей.
— Ты про Антибиотика? — неожиданно твердым голосом спросил журналист.
— Слушай меня внимательно, Андрей. Во-первых: не пить. Во-вторых: дверь никому не открывать. В третьих: завтра утром приеду, поговорим. Откроешь только мне. Запомни: только мне лично. Если придет кто-либо от моего имени — не открывать. Будильник заведи на шесть. Понял?
— Ну, понял, — нехотя отозвался Обнорский.
— Повтори, пожалуйста.
— Много не пить…
— Не много не пить, а вообще не пить, Андрей. Понял?
— Понял… дверь никому, кроме тебя, не открывать. Будильник на шесть.
Вроде бы ничего, соображает, — подумал Кудасов с облегчением.
— Ладно, — сказал он. — Тогда до завтра. Подполковник страшно устал. Ему казалось: уснет, как только доберется до койки. На самом же деле он около часа пролежал без сна.
Обнорскому снились странные сны. Тревожные, неопределенные… Он был реалист, в экстрасенсов, гадания-предсказания и прочее не верил. Он воспитывался в советское время в нормальной семье. Естественно, он был реалист… с невероятным налетом идеализма и цинизма. Такой интересный сплав могла дать, пожалуй, только советская школа и советский вуз в сочетании с организацией по кликухе ВЛКСМ.
Безвозвратно ушедшая великая эпоха оставила не одно поколение неисправимых идеалистов-циников. Это были умницы и пьяницы, тоскующие по какой-то другой жизни, которой на самом деле нет… Где же они теперь?
Реалист с паспортом несуществующей державы пал и видел странные сны. Разменивал жизнь электронный будильник, заведенный на шесть, а по бесконечной заснеженной стране мчался поезд.
