В горах Ольхового хутора, где легенды и мистика сливались воедино, ждал отряд капитана Макарова. Черепкистый пейзаж накатывал духоту и затягивал в сизую тьму. Каждый камень под ногами скрывает свои секреты, а ночь обнимает это укромное место своими темными объятьями.
На южной оконечности в редком лесу располагалась полоса препятствий, крохотный пруд, как составная часть полосы. Под навесом стояли парты, возвышалось что-то вроде классной доски. Несколько бараков, за ними плац, еще какие-то строения, спортивная площадка. Между объектами петляли дорожки. У зданий мельтешили люди в форме, стояло несколько машин. Солдаты что-то вытаскивали, складировали на плацу. Объект был внушительным и растянутым. Но самое интересное находилось на северо-восточном краю, недалеко от озера. Пресловутые входы в подземелье в глаза не бросались, но за деревьями проявлялись несколько возвышенностей шарообразной формы, явно рукотворные «неровности».
По спине пробежал предательский холодок, Алексей поежился.
— Где вторая дорога? — спросил он, сожалея, что не позаботился о бинокле.
"— Ее не видно за холмами, товарищ капитан. Видите лесок в районе озера? — кивнул Камарник. — Там небольшие ворота, но они на замке, все проржавело, мы проверяли. Выбить тяжелой машиной, конечно, можно… Но эта дорога на Радищево, там Красная Армия…
— Ты кем работал на гражданке, Семен? — поинтересовался Алексей.
— Так подрывником и работал, — сдавленно хихикнул Камарник. — Карьеры в округе — один на одном. И галечный, и щебеночный, и песчаный. Везде проводились взрывные работы, долбились лазы, штреки, заказы на работы поступали почти постоянно…
— Представь на минуту, что немцы к ночи не съезжают, погрузка не проводится.
— Видать, можно, — пожал плечами Камарник. — Не знаю, как это будет выглядеть технически, но, видать, можно, — повторил он. — Только зачем? Бункеры под землей соединяются, есть запасные выходы.
