Автор
На смертном одре Аллан Армадэль признается сыну в убийстве, совершенном много лет назад. Тайна прошлого становится проклятием для нового поколения, когда два молодых человека с одинаковым именем встречаются и втягиваются в опасную игру мести, интриг и разоблачений.
Раздел Chitat.online для книги «Армадэль, или Проклятие имени» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
На смертном одре Аллан Армадэль признается сыну в убийстве, совершенном много лет назад. Тайна прошлого становится проклятием для нового поколения, когда два молодых человека с одинаковым именем встречаются и втягиваются в опасную игру мести, интриг и разоблачений.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
На смертном одре Аллан Армадэль признается сыну в убийстве, совершенном много лет назад. Тайна прошлого становится проклятием для нового поколения, когда два молодых человека с одинаковым именем встречаются и втягиваются в опасную игру мести, интриг и разоблачений.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Он был вынужден удовлетворить ее любопытство насчет своих семейных дел, сказав ей, что он вдовец и что его семейная жизнь сложилась несчастливо, но более он ничего ей не сообщал. Печальную историю, которую Бэшуд рассказал Мидуинтеру о пьянице-жене, закончившей жизнь в доме умалишенных, он не хотел поверять болтливой женщине, которая разнесла бы по всему дому.
– Я всегда говорю моему мужу, сэр, когда он начинает расстраиваться, – продолжала хозяйка, хлопоча около чайника: «Что ты делал бы теперь, Сэм, без меня?» Когда печаль его не проходит (сейчас закипит, мистер Бэшуд), он говорит: «Елисавета, я не могу делать ничего». Когда же огорчение проходит, он говорит: «Попробую сходить в кабак». Ах! У меня ведь есть тоже неприятности! Человек, имеющий взрослых сыновей и дочерей, шатается по кабакам! Я не припомню, сэр, были ли у вас сыновья и дочери. Кажется, вы говорили, что у вас были. Дочери, ведь… ах, да! Они все умерли.
– У меня была только одна дочь, – терпеливо возразил Бэшуд. – Только одна, и она умерла, прежде чем ей минул год.
– Только одна? – повторила сострадательная хозяйка. – Сейчас закипит, пожалуйте мне чайник. Только одна! Ах! Когда один ребенок, тогда еще тяжелее. Вы, кажется, сказали только один?"
"С минуту Бэшуд смотрел на хозяйку помутившимися глазами и не отвечал ей. Напомнив невольно о жене, которая обесславила его, эта женщина теперь также невольно вызвала неприятное воспоминание о сыне, который разорил его и бросил. В первый раз с тех пор, как он рассказывал свою историю Мидуинтеру при первом свидании с ним в большом доме, его мысли опять обратились к горькому разочарованию и несчастью прошлого. Опять он вспомнил о прошлом, когда поручился за своего сына и когда бесчестный поступок сына принудил его продать все, что он имел, чтоб заплатить штраф.
– У меня есть сын, – сказал он, приметив, что хозяйка смотрит на него с безмолвным сожалением. – Я сделал что мог, чтоб помочь ему иметь в свете успех, но он очень дурно поступил со мною.
– Неужели? – воскликнула хозяйка, по-видимому, с большим участием. – Поступил дурно с вами и разбил отцовское сердце. Ах! Он за это поплатится рано или поздно. Не сомневайтесь! Где он теперь и чем он занимается, сэр?
Этот вопрос был почти такой же, как и тот, который задал Мидуинтер, когда Бэшуд описал ему свою жизнь. Бэшуд ответил на него почти точно такими же словами, как тогда:
– Сын мой в Лондоне, насколько мне известно. Он занимается не весьма почетным делом – частного полицейского сыщика…
При этих словах Бэшуд вдруг остановился. Лицо его вспыхнуло, глаза засверкали; он отодвинул чашку, которую только что налил, и встал. Хозяйка отступила на шаг. В лице ее жильца было что-то такое, чего она не видела до сих пор.
