В Артефактах Древнего зажигается первобытная свеча войны, когда люди сталкиваются лицом к лицу с неведомыми существами из мира древности. Виктория плачет на фоне кровопролития, а умирающий мир вокруг подаётся в тени бешеных выстрелов и жарких магических боёв.
Я в костюме, а за ней струился длиннющий подол подвенечного платья. Вот мы останавливаемся, священник задаёт вопрос. Маша улыбается, смотрит на меня и…
— Нет, — сказал я громко и девушка, вздрогнув, посмотрела на нас осмысленным взглядом. Я же добавил: — не согласен.
— Как же так? — вырвалось у Маши, а ладошки прижались к груди. — Ты же меня на руках нёс.
— Вы о чём⁈ — рявкнула Лидия, и не понятно было чего больше в её голосе злости или удивления.
— Расскажи ей, как всё было, — сказал я Маше и собрался уходить, но тут подумал, что лучше самому объяснить.
Вздохнул и, посмотрев на Лидию, опередил набравшую в грудь воздуха Марию:
— Мы съездили в кафе, а потом её похитили. Кто и зачем, не знаю, но я полгорода за ними гнался и вернул её.
Если подумать, я ни капли не соврал. Действительно не знал. Только догадывался.
— Что? — глаза Лидии округлились от удивления, — Маша?
— Она целый час в багажнике внедорожника ездила, — добавил я, — оттого и вид такой.
— Это правда, Маша? — Лидия изменилась в лице. Шагнула к подруге и обняла её за плечи.
— Да, — кивнула Мария, прижимаясь чумазым лицом к пижаме Лидии, — но я ничего не помню. Меня вырубили.
— Выру… что? — Лидия отстранилась и посмотрела на подругу, а затем стала её ощупывать. — Болит где-нибудь? Тебе нужно к доктору…
— Лид, всё хорошо, — Маша постаралась вырваться из объятий соседки, но это оказалось не так-то легко. Лидия клещом вцепилась в подругу.
— Ладно, — вздохнул я довольно, поняв, что направление мыслей Лидии изменилось. — Вы тут общайтесь, а я пойду, гляну, кто там меня спрашивает на ночь глядя.
Дверь спасительно хлопнула за моей спиной. Лестница приблизилась за два прыжка, и я полетел вниз.
То, что Машу похитили с прицелом на меня — понятно даже такой тупой зверюге, как Эриманфский кабан. Только вот кто именно это сделал, я не знал. Но это легко исправить.
Достал на ходу телефон и стал набирать Шальную. Её люди оставались на пустыре дольше меня.
Мария Ивановна уже вернулась на своё место за стойкой и встретила меня недовольным взглядом.
— Не очень ты и спешишь, Орлов, — пробурчала она, раскрывая журнал с только её ведомыми записями.
Я помнил собрание у ректора академии. Помнил, кто она такая. Потому решил лишний раз не обострять.
— Примите мои извинения, миледи, Обстоятельствас, — улыбнулся я, уже почти нажимая кнопку вызова Шальной на телефоне.
