В Артефактах Древнего зажигается первобытная свеча войны, когда люди сталкиваются лицом к лицу с неведомыми существами из мира древности. Виктория плачет на фоне кровопролития, а умирающий мир вокруг подаётся в тени бешеных выстрелов и жарких магических боёв.
"
"Бестужев, тот самый Бестужев, о котором я так часто слышал? Лидер правых политических партий Империи. Негласный покровитель, под чьим патронажем, по мнению общественности, я нахожусь. Тот самый Бестужев? Очень интересно, но зачем это мне?
— Когда же сей светский раут состоится? — произнёс я, чтобы потянуть время.
Мчатся по первому зову незнакомого человека, пусть и графа, я не собирался. Да и по второму тоже. Если я, что и понял из недолгой студенческой жизни, так то, что слухи разлетаются мгновенно.
Вроде бы нет никого рядом, но стоит принять конверт, поехать куда-то, и вся академия загудит ульем, что граф Орлов поехал на отчёт к патрону.
— Приём вот-вот начнётся, — слуга не поднимал головы, — его светлость предвидел, что Вы станете медлить и опасаться. Потому велел передать следующее
Мужчина чуть дёрнул рукой, протягивая приглашение сильнее.
— Руководство академии предупреждено, что граф приглашает Вас, и обещает, что Вы вернётесь не далее чем завтра к полудню, — слуга перевёл дыхание и продолжил: — также его светлость гарантирует Вашу безопасность.
Второй рукой слуга махнул в сторону припаркованных у тротуара чёрных машин.
— Глава гвардии рода с двумя ротами охраны будут Вас сопровождать.
Дыхание Виктории грозило превратиться в ураган и сдуть меня куда-то в неведомые дали. Девушка прижалась грудью к моей спине, и не могла вымолвить ни слова. Казалось, что она забыла, всё.
Мне же стало не до раздумий. Граф Бестужев, кем бы он ни был, оказался хитрецом почище моего «папани». Я ещё не принял конверт, а он уже договорился с руководством академии. Считай, оповестил всех, где я буду и с кем. Я слухов опасался? Они уже пошли.
— Виктория, — протянул я задумчиво, так и не прикоснувшись к конверту, — Вы не хотите составить мне компанию?
— Хочу, — просипела девушка мне в спину, — но не могу.
— Вы принимаете приглашение? — спросил слуга, он всё так же стоял, не поднимая головы.
— У меня простой выбор, — вздохнул я, забирая из его рук зелёный конверт, — либо согласиться, либо оскорбить Вашего господина. Причём публично.
— Его светлость предупреждал, что Вы поймёте весь нюанс приглашения, — слуга, было, поднял голову, но тут же снова склонился в поклоне. — Он просил передать свои извинения, но дело не терпит отлагательств. Это очень важно не только для него, но и для Вас.
