В усадьбе уже замерла тишина. Барон распахнул ставни, оглядывая темно-сапфировые облака над усадебной крышей, а затем снял очки, протирая их носовым платком и снова повесив на нос свой гордый подбородок. Гнев в его глазах ярче дня, готовый прорваться сквозь груди, словно сам фонтан победной надежды....
Акула понял, что над ним смеются, и начал закипать.
– Слышь, белобрысая, а ты ничего не попутала? А ну быстро принесла воды!
– Я тебе не прислуга. Тоже мне, начальник выискался! Тебе надо, ты и иди.
Акула бросил на землю непогасшую папиросу, смачно сплюнул и быстрым шагом направился к дерзкой девчушке. Увидев это, остальные школьницы попятились, а Ольга невозмутимо продолжала полоть сорняки. Акула схватил ее за рукав и рванул на себя с такой силой, что материя затрещала. Ольга зацепилась за сучок, торчащий из земли, рухнула на землю и угодила рукой в навозную кучу.
Акула захохотал, отпустил Ольгин рукав, чуть отступил и заявил:
– Иди за водой, дуреха, пока я тебя по стенке не размазал! Только руки помой, а то они у тебя теперь дерьмом воняют.
Того, что последовало за этим, никто не ждал. Ольга схватила совок, которым она только что рыхлила землю, зачерпнула навоза и швырнула его прямо в лицо Акуле. Комья попали ему в рот и глаза. Акула, матерясь и сплевывая, стал тереть глаза, а потом бросился на Ольгу, схватил ее за волосы и дважды ударил в живот.
Тут откуда ни возьмись появился Лешка Шитов. Он увидел, как Ольга согнулась пополам и упала на колени, подскочил к Акуле и отпихнул его в сторону.
Тот увидел нового противника, расплылся в хищной улыбке и сказал:
– Ну ты и влип, сучонок! Молись! – Акула сунул руку в карман.
Многие знали, что он постоянно носит там нож.
Однако этот мерзавец застыл, потому что из теплицы вдруг вышел учитель труда Волков.
– Шитов, а тебе чего здесь надо? – строго спросил он.
– Меня историчка к вам послала. У нас там доска упала, вот Надежда Михайловна и попросила у вас гвозди и молоток взять.
– Хорошо, сейчас принесу. А тебе, Акулинин, чего?
Акула выдавил из себя слащавую улыбку и проговорил, придумывая на ходу:
– А меня Надежда Михайловна вслед за ним отправила, велела ему сказать, чтобы он еще и плоскогубцы прихватил.
– Надежда Михайловна? Тебя? Чего ты мне, Акулинин, тут сказки рассказываешь? Опять, поди, курить за теплицу бегал? – Только сейчас трудовик увидел Ольгу, которая все еще не могла распрямиться.
– Она, похоже, крыжовника недозрелого наелась, – тут же заявил Акула. – Вот теперь у нее нутро и скрутило. В медпункт ей нужно. Хотите, я ее провожу?
– Не нужны мне такие провожатые, – заявила Ольга, сверкнула глазами и распрямилась.
