На аукционе предлагаются драгоценные руки невинной девушки, и каждая жаворонка знает о том, что продается не просто предмет, но целое состояние. В этот день, когда утром начинается аукцион, сама будущая владелица лота стесненно дрожит от предстоящего рода эксперимента....
Так не должно быть, не с этим мужчиной, но мозг зацепился за первую возможность забыть все, что было, подменить воспоминания чем-то ярким, а тело ему помогает.
— Разбуди своих демонов, — громкий шепот на ухо.
Я резко открываю глаза, кричу, кажется, срывая голос до хрипа, когда внутренние мышцы скручивает болезненными спазмами удовольствия. Я кончаю на его пальцы, от стимуляции клитора, от ласк ставшей такой чувствительной груди.
Всхлипываю, меня колотит, но уже не от холода, это так невероятно остро, не хочу открывать глаза, но мужчина, словно специально продолжает ласкать клитор, продлевая мой первый за несколько лет оргазм.
— Если бы я сам не проверил, то не поверил бы, что ты не девочка. Ты словно сама невинность, но с пороком в глазах. Потрогай меня, или я войду, но будет больно.
Киваю, сердце все еще вырывается из груди, беру рукой его возбужденный член, провожу несколько раз, оттягивая крайнюю плоть. Смотрю только на него, какой он огромный, синие выпирающие вены под тонкой кожей, крупная багровая головка, поджатые яйца.
Захар давит на плечи, заставляя встать на колени, каждая мышца в его теле напряжена, ноги широко расставлены.
— Открой ротик.
Он обхватывает мою руку, которая сжимает его член, делает несколько резких движений. Я словно в ступоре, смотрю на то, как он кончает, и сперма мощными толчками вырывается наружу, на мое лицо, губы, грудь.
— Блядь…сука…твою же мать.
Захар глубоко дышит, матерится, все так же тяжело смотрит на меня, размазывая по моим губам свое семя.
— Стой и не двигайся, руки вверх. Руки, я сказал, вверх.
Сзади Захара открылась дверь душевой, он напрягся еще больше, человек в камуфляже с черной маской на лице уперся ему в спину автоматом.
— Выходи медленно и без резких движений.
Мой покупатель лишь повел головой на этот приказ, криво ухмыльнулся, снова посмотрел на меня, в глазах вспыхивает гнев и презрение.
— У меня всего двое, Шумилов и шлюха.
Шлюха, какое точное попадание в мой образ, я на коленях, и вся в сперме.
ЧАСТЬ 13
— Саша, ты в порядке?
Испуганно дергаюсь в сторону, я последнее время только и делаю, что шарахаюсь от любого звука, вопроса и резкого движения. На пол из рук падает стопка чистого постельного белья. В помещении шумно, работают стиральные машины и центрифуги.
Смотрю в лицо мужчины и реально несколько долгих секунд соображаю, кто передо мной.
