В глубокой тьме, когда все вокруг кажется отмеренным временем, раздается голос — громкий и злобный. Спящие в ледяной паузе пробуждаются к жизни, но не без неприятного шока от присутствия живого зова. Это первые дни войны, когда страх и жажда бессмертия обжигают каждую клетку тела....
Я уже почти соглашаюсь, когда в голове вдруг проносится ещё одна мысль. Моё имя. Она назвала меня «Бродом». Но если это человек из моего предположительного прошлого, то…
Сейчас бы переключить на огонь очередями. Но руки слушаются так же плохо, как и шея. Что я видел последним? Какое-то движение в темноте на уровне полуметра от пола. Медленно опускаю ствол автомата, нацеливая его на уровень колен девушки. Та вскидывает руки в умоляющем жесте.
— Что ты делаешь? Стой!
Палец нажимает на спусковой крючок. Странно. Звук выстрела доносится глухо, как будто издалека.
Зато в следующее мгновение пространство вокруг наполняется диким визгом. Настолько пронзительным, что кажется черепная коробка вот-вот взорвётся. Девушки передо мной больше нет. Зато есть что-то копошащееся и мерзкое, приблизительно на том месте, где она стояла. Только намного ниже. Стреляю ещё, всаживая в неизвестную тварь пулю за пулей.
Что-то хлещет меня по ногам и я делаю шаг назад, едва не рухнув на пол. Нижние конечности слушаются ещё хуже, чем руки.
Через несколько секунд визг затихает. Чуть повернув голову, рявкаю.
— Прекратить огонь! Анто!
Парень скорее всего в полном раздрае, но команды слушается. Ещё какое-то время наблюдаю за коридором впереди. Всё закончилось?
— Что это было?!
Голос Эйры заставляет вздрогнуть. Но потом я отдаю приказ.
— Отходи назад! На самую границу.
Отдавать команду дважды не приходится — я почти сразу слышу, как топочут её ботинки.
Мне самому приходится ждать ещё около минуты, прежде чем ноги отходят. В какой-то момент слышу вопрос инженера.
— Что это и правда было такое?
Не отрывая взгляда от перекрёстка, интересуюсь.
— А что ты видел?
Парень ненадолго заминается.
— Маму. Молодую ещё. Говорила, как рада, что я их нашёл и что теперь всё будет хорошо. Надо только немного подождать, пока мой чип уничтожат и у меня появится свобода.
Мрачно усмехнувшись, киваю.
— Угу. Свобода быть сожранным. У меня было почти то же самое. Только картинку показывали с какой-то девицей.
— Но как? Голограмма?
Качнув головой, пытаюсь сдвинуть правую ногу в сторону. Получается.
— Вряд ли. Там явно что-то живое. Скорее воздействие на мозг или что-то похожее.
Анто замолкает, о чём-то размышляя. Я же напоминаю о том, что мы всё ещё в боевой обстановке.
— Следи за тылом.
