В глубокой тьме, когда все вокруг кажется отмеренным временем, раздается голос — громкий и злобный. Спящие в ледяной паузе пробуждаются к жизни, но не без неприятного шока от присутствия живого зова. Это первые дни войны, когда страх и жажда бессмертия обжигают каждую клетку тела....
Опустившись на металлический пол, принимаюсь за отжимания. Силы в тощих руках хватает на то, чтобы поднять исхудавшее тело целых восемь раз. Потом наступает пора приседаний и пресса. И вся цепочка по новой. Мне нужно восстановить форму. Быть достаточно боеспособным для выживания.
Пока тело тренируется, мозг обрабатывает вчерашнюю информацию. Сейчас я чувствую себя на порядок более бодрым. И всплывает немало новых вопросов. Например, огнестрел. Я видел настоящий обрез и револьвер. Сомневаюсь, что это красивые поделки, выполненные из дерева и металла.
Ещё момент — экипировка. Чёрные комбинезоны с бронепластинами, которые я видел — в терминалах их тоже нет. Как и разгрузок с тактическими поясами. Значит, здесь должны присутствовать иные источники товаров, доступные не всем.
Второй подход упражнений наглядно продемонстрировал, что телу нужен отдых — я едва не рухнул на камни, от боли в сведённых мышцах. Поэтому осторожно перемещаюсь на выступ, где после нескольких минут отдыха отпиваю воды и достав вчерашнюю половину брикета, принимаюсь за неё.
Возможно здорового человека, такой рацион действительно мог обеспечить всем необходимым на целый день. Но судя по чувству голода, которое только отчасти притупилось, моему истощавшему организму таких брикетов требуется куда больше.
Расправившись с едой, выпиваю вторую таблетку витаминов. Что-то мне подсказывает, именно из-за них я проснулся куда более бодрым, чем вчера, а мозги включились в работу.
Консервную банку замотанную в полиэтилен снова отправляю в карман. Последнюю бутылку оставляю в пластиковой упаковке, которую беру в левую руку. За неимением сумки или рюкзака временно подойдёт для того, чтобы таскать вещи.
Поднимаюсь с выступа, шагая к ступенькам, когда за спиной слышится голос.
— Постой, зомби.
Оборачиваюсь. Тот самый мужик, что вчера выступал от лица «кальмаров». С револьвером на поясе.
— О чём?
Тот подходит ближе, продолжая разглядывать меня.
— У тебя же есть имя, верно?
Вот же сучий Херц. Подозрения у меня появились ещё вчера, когда стало понятно, что с ночёвкой в Восточном кольце не всё так просто. А старик целенаправленно отправил меня именно сюда. Теперь же всё оформилось в подтверждённый факт.
— Тут вроде у всех есть имена.
