В глубокой тьме, когда все вокруг кажется отмеренным временем, раздается голос — громкий и злобный. Спящие в ледяной паузе пробуждаются к жизни, но не без неприятного шока от присутствия живого зова. Это первые дни войны, когда страх и жажда бессмертия обжигают каждую клетку тела....
Поэтому несильно бью его в колено — этого хватает, чтобы тот отшатнулся в сторону и едва не рухнул на тёплый металлический пол.
Комната моментально наполняется пронзительным писком, который режет по ушам. А один из встречавших нас мужчин резво бежит в нашу сторону, на ходу доставая тесак.
— Говорили же, нельзя отбирать еду. Сраные зомби. Куда в вас только лезет.
Покушавшийся на мои консервы мужик стоит на месте, ошарашенно смотря перед собой. Потом начинает хрипеть.
— Наказание? Био… За что?
— За то самое, кусок дебила.
На последнем слове, он хватает «нарушителя» за плечо, разворачивая к стене. Не успеваю я удивиться, как одна из её частей отъезжает в сторону, открывая ещё один проход. В который и заталкивают мужчину. Интересно. Свои консервы он уже съел, но вот вода и пакет с вещами остались на скамейке. Куда его? Под арест? На казнь?
Берусь за банку, но тут перед глазами всплывает сообщение.
Приносим свои извинения за инцидент. В качестве компенсации вам начислено десять кредитов.
Хм. Занятная у них схема. Подцепив «ложкой» кусок тёплого мяса, закидываю его в рот и сдерживая себя, медленно пережёвываю. Повторяю ещё несколько раз, на треть опустошив банку. Потом останавливаюсь. Желудок уже начало резать, кишечник бурлит. Судя по обстоятельствам нашего здесь появления, мы выползли из состояния, похожего на анабиоз. И сейчас тело постепенно приходит в себя.
Слева кого-то рвёт. Ещё один мужик катается по полу, воя от боли.
Помимо него, ещё человек десять сдержали первый порыв и старались есть постепенно, не пытаясь сожрать всё выданное за один подход.
Вторую порцию еды я закинул в себя через пятнадцать минут, когда организм слегка утих.
Шорты и футболка. Весь комплект одежды, который нам выдали. Скромно. Но хотя бы что-то. Лучше, чем таскаться везде голышом. В одежде психологически комфортнее. Плюс, она обеспечивает хотя бы минимальную защиту."
"Одеться вышло с трудом. Конечности приобрели некоторую гибкость, а тело слушалось лучше.
