В диких краях моря и севера, где зима мягко переходила в летний теплый период, приходила она сюда лишь тощими годами. Склон холма спускался к морю — не полностью каменистым, но там, где между камнями проглядывала земля, все заросло сочной травкой. Ниже, под холмом, земли уже и не было: тут шла утоптанная тропа из мелких камней. Края были живыми, как будто дышали своим собственным ветром и светом....
Лежит под охраной своей половины…
– Сала, наверное, просит… Я ему из Москвы везу, – сказал полковник. – Удачи тебе, старлей!
Глава третья
1Самолет загружали тяжелыми ящиками с отправляемой в ремонт техникой. В этот раз старшему лейтенанту повезло: в грузопассажирском отсеке, как и в самолете фельдъегерской связи, стояли три стандартных авиационных кресла, теперь в самолете не летело большое начальство с тяжелыми сумками. Из законных пассажиров был только один Василий Иванович, да еще один из пилотов через служебный вход провел на летное поле какую-то женщину с большими, но пустыми сумками.
– Старший лейтенант Арцыбашев? – первым спросил старший прапорщик, стоящий рядом с распахнутой водительской дверцей и крутящий на пальце ключи точно так, как это делал сержант штабной машины в бригаде.
– Он самый. Едем? Или еще кого-то ждем?
– Едем. – Старший прапорщик сел за руль, а Василий Иванович устроился на правом пассажирском сиденье.
Доехали быстро, несколько раз останавливаясь только на красный сигнал светофора. Водитель остановился у бюро пропусков.
– Пропуск оформляйте, я вас внутрь отвезу. Приказано прямо до двери гостиницы доставить. Ваш номер за вами сохранен.
Так, через пять минут, поскольку в бюро пропусков в ночное время вообще не было посетителей, хотя и работали обычные три окошка, Василий оказался в прежнем номере, где быстро устроился спать.
* * *"
"Как и сутки назад, дежурный по диверсионному управлению позвонил, когда старший лейтенант уже умылся, побрился и был готов к выходу.
– Отправляю к вам помощника. Спускайтесь к нему в холл, – сказал он.
– Понял. Иду.
