В багряной радуге моря из-за горизонта не видно ничего, кроме черного песка и холодных звезд. Пустота проплескивает в воздухе как океан без волнений. Оставленные дрова напоминают палатку потерявшей путника, аккуратность поленницы — тщетная попытка укрыться от вечного небывалого мира....
Все правильно, именно так клиссонцы друг друга и узнают. И обман невозможен. Каждый курсант при поступлении проходит через заклятье Тайны академии. Безнаказанно рассказать о том, чему их учили, может только один клиссонец другому. Тех, кто развяжет язык не в той компании, ждет наказание. Д,Оффуа однажды по пьянке ляпнул нечто мелкое, даже несущественное в присутствии посторонних, его скрутило так, что в тот момент посаженным на кол позавидовал. Три дня потом в себя приходил.
И если сейчас кто-нибудь из стоящих поблизости зевак что-нибудь услышит, приключение неминуемо повторится.
— Разведывательный отряд в составе батальона высылается в составе взвода на расстояние до десяти километров. Разведка ведется засадой, налетом, поиском. При устройстве засады обычно назначаются наблюдатели, группы захвата, обеспечения, управления и поддержки. Достаточно или продолжить?
Прислушался к ощущениям? Уф-ф, вроде крутить не начало.
— А что вы там о дочке ректора говорили, о Сусанне?
Совсем отлично! Друг-друга проверили.
— Может быть, не здесь разговор продолжим?
Вместо ответа де Лангр забарабанил кулаком в дверь.
— Озлюр, открывай! Свои!
Заскрипел замок, потом второй, потом зашуршала щеколда. Только после этого открылась дверь. За ней стоял юноша лет пятнадцати-шестнадцати. Румяный, с едва наметившимися темными усиками.
На вошедшего д,Оффуа он взглянул с уже привычным для того неодобрением.
— Смотрите, господин, вам виднее, кого в дом водить.
— Эт-точно! — расхохотался во всю глотку де Лангр. — Так что не спорь, а зови своего хозяина да на стол накрывай! И вина, вина неси, сегодня гулять будем. А виконт пока расскажет, за каким дьяволом пришел в гости одетый как мелкий торгаш, да еще в желтых сапогах, разрешенных здесь лишь последователям местного пророка.
Стол, самый настоящий европейский стол, а не обычный на Востоке ковер для еды, накрылся почти мгновенно, словно по волшебству. А тем временем гость рассказывал о себе.
Но и этого хватило, чтобы к моменту, когда в столовую вошел граф Монбран, потирая заспанное лицо, от веселости де Лангра не осталось и следа.
— Мишель, позволь представить, виконт д,Оффуа. Выпускник Клиссона и первый секретарь галлийского посольства. У него серьезная проблема — завтра должна состояться дуэль.
