В Нижневартовске я вместе со своими коллегами из лаборатории исследовал факелы попутного газа. Этот проект закончился скандалом и сменой руководства, включая нашего краснодарского начальника. В воздухе висела атмосфера опасности и неизведанных возможностей Северного шахтерского поля....
Добронравов)Ну, этот-то сюжет совсем простой-незамысловатый. Кто помнит Нижневартовск конца семидесятых-начала восьмидесятых — помнит, как по заледеневшим улицам лошадка неизвестной масти тянет потихоньку сани с двумя-тремя здоровенными алюминиевыми кастрюлями литров на пятьдесят каждая. Помнит и возницу в треухе и ватном бушлате. По лету — так в брезентовом плаще до пят. Зрелище, конечно, несколько неожиданное. На одну эту конную запряжку в городе тысяч десять автомобилей: Магирусы, МАЗы, ""Ураганы"", КАВЗики, ГАЗы — ""полстапервые"" и шестьдесят шестые, Икарусы, Волги — да всех не перечтешь.
Гриша тут же в Нижневартовске срок тянул, в ИТУ, что от ""Алеши"" — Памятника Покорителям Самотлора по дороге на Мегион. Ну, уж за что, доподлинно не знаю. Но свое на Советскую Родину отпахал, искупил грехи более или менее честным трудом, а после освобождения так и остался в городе. Прописался в общежитии УБР-1, но жил не там. На накопившиеся к концу срока на спецсберкнижке деньги напоил он кого нужно вусмерть.
"Сами знаете, что в наших предприятиях общественного питания такие были разработаны рецепты, что и сильно голодный человек всего прожевать не мог — с души тянуло. Недаром, скажем, столовую Белозерного поселка, что на севере Самотлора, местное население так ласково и кликало — ""тошниловка"".
