В августе 1943 года роковой звон цепи и ругательства нарушал тишину лесного склада. Лежавший на верстаке мужчина с отрубленными ногами и сломанными руками швырнул грохотом вверх мешок, поднимая черную пыль и удушающий запах сырости. Его обозревательный смех заставлял дрожать деревянные перекладины. Этот схрон скрыт от бесконечного войны — но его не вытащить обратно к миру....
Разве что он спрятался в каком-нибудь дальнем темном углу, где таилась во мраке нечистая сила.
Что-то снова было не так. А где еще один активный штык? В горле Касьяна пересохло. Рваный шел за Демидом, но наверх не поднялся.
Гныш опустился на корточки, вытянул руку с фонарем. Пустая лестница, у подножия никто не валялся.
Касьян начинал впадать в неконтролируемое бешенство. И Рваного демоны утащили?
– Придурок! – заорал он. – Рваный, сука, кончай так шутить! Я же прибью тебя, если найду!
Рыло тоже что-то орал, истекал слюной.
Рваного реально можно было утащить, когда Касьян споткнулся на лестнице, и грохот стоял такой, словно шкаф повалился! Кто-то мог воспользоваться моментом, сдавить парню горло и сгинуть во мрак вместе с ним. Но тогда этот ублюдок точно внизу!
Касьян загремел по лестнице и проорал, чтобы Рыло не отставал от него ни на шаг. Так они и бегали опять по первому этажу, на этот раз всего лишь вдвоем. Бились в одну дверь, потом в другую. Пинали матрасы, расшвыривали лавки, заплесневелый спортивный инвентарь.
Потом парни опять зачем-то кинулись вверх. На этот раз Касьян пропустил Демида вперед. Сам он прыгал по лестнице, через каждый шаг оборачивался, вертел фонарем.
«Черта с два меня утащат! Может, в окно выбраться? – мелькнула мысль. – Нет, высоко, да и неизвестно что там, внизу? Почему мы не осмотрели заднюю сторону, когда приехали? Ведь Рваный предлагал!»
Он подпрыгнул, попытался дотянуться до выступа подоконника. Пальцы сорвались, не получилось.
– Демид, подставляйся! – прошипел Касьян.
Рыло с готовностью нагнулся. Он вскарабкался ему на спину, схватился за раму, подтянулся. Стекла в окне и в помине не было. Размер позволял выбраться наружу.
Гныш начал выкручиваться наружу. Пролезла голова, плечи.
Прыгать никак нельзя, слишком уж высоко. Отвесная стена, ни выступов, ни балконов. Сигануть вниз – только ноги переломать. Дьявол, этим путем не выбраться! До крыши далеко, зацепиться тоже не за что.
Он завертел головой. Ни одной живой души в округе.
Стоп! На фоне зеленой и желтой растительности за оградой проявлялось что-то серое, контрастирующее с пейзажем. Касьян всматривался.
Там имелся проезд. Кто-то оставил в нем машину. Кроссовер. Практически джип. Как бы даже не «Ниссан».
В голове Касьяна забурлило. Желчь полезла из горла. «Ниссан»? Какого хрена, скажите на милость?
Он втянулся обратно в помещение и прохрипел:
– Демид, там «Ниссан» стоит.
