В августе 1943 года роковой звон цепи и ругательства нарушал тишину лесного склада. Лежавший на верстаке мужчина с отрубленными ногами и сломанными руками швырнул грохотом вверх мешок, поднимая черную пыль и удушающий запах сырости. Его обозревательный смех заставлял дрожать деревянные перекладины. Этот схрон скрыт от бесконечного войны — но его не вытащить обратно к миру....
Хохлы, озадаченные вчерашним, тихо сидели в своих окопах. Видно, писали очередной иск в Гаагский трибунал.
Мятежный город жил, как уж мог. До войны он, конечно, выглядел повеселее. Лифт не работал, и постоянные пробежки вверх-вниз несказанно бодрили людей.
Уборщица в синем халате мыла подъезд и попросила капитана не наступать на мокрое.
На первом этаже за дверью своей квартиры православный священник отец Авдотий играл на гармошке.
«Выходной у батюшки? Поп-музыка», – уважительно подумал Вадим, замедляя шаг.
– Святой отец, шли бы вы на хрен со своей гармошкой! – крикнул измученный жилец соседней квартиры. – Дайте поспать, всю ночь работал!
Во дворе светило солнышко. Воробьи прыгали по веткам единственного тополя, уцелевшего после прошлогоднего обстрела. Украинские артиллеристы и сейчас ухитрялись шалить, но били в основном по западным окраинам бывшего города-миллионника.
Власти бодро рапортовали, что численность населения Донецка приближается к довоенному уровню, но Вадим в этом как-то сомневался.
Жизнь продолжалась. Все плохое забывалось очень быстро. Во дворе играли дети. Доблестные работники жилищно-коммунального хозяйства выгружали из грузовика разобранную детскую горку.
«К Новому году соберут», – подумал Вадим и усмехнулся.
На парковке ругался пожилой интеллигент из соседнего подъезда. Кто-то ночью открутил зеркала от его пожилых «Жигулей».
– Расстреливать таких нелюдей! – заявил он, потрясая худосочными кулаками.
Две пенсионерки стояли поблизости и энергично кивали, то ли сочувствовали, то ли соглашались."
"На серый «Ниссан» 2007 года выпуска, средство передвижения капитана Овчинина, никто не покушался. Пусть только попробуют. Склонности к самоубийству у местной шантрапы почему-то не было.
– Вам это нравится? – Интеллигент всплеснул руками. – Как я поеду?
– Очень и очень осторожно, – откликнулся Вадим, седлая верного коня. – На днях напомните. Я поговорю с местными флибустьерами, вернем ваше утерянное имущество.
– Вот спасибо, – обрадовался сосед. – А я вам выдам контрамарку в нашу филармонию. Вы не представляете, какой сумасшедший ожидается джаз.
Джаза капитану в этой жизни хватало. Он вежливо улыбнулся, запустил двигатель.
Начальник отдела по борьбе с диверсионно-штурмовыми группами противника полковник Богданов Валерий Павлович тоже не являл собой образец утренней свежести. Хроническая болезнь людей в камуфляже.
